Аудио-трансляция: Казанский Введенский

Мо­лит­ва, пост и бодр­ство­ва­ние над со­бою, т.е. хра­не­ние сво­их мыс­лей и чувств, де­ла­ют нас по­бе­ди­те­ля­ми вра­гов на­ше­го спа­се­ния. Са­мое труд­ное из этих трех дел есть мо­лит­ва – веч­ная доб­ро­де­тель, ко­то­рая всле­д­ствие уп­раж­не­ния об­ра­ща­ет­ся в на­вык, а мо­лит­ва до са­мой смер­ти тре­бу­ет по­буж­де­ния, сле­до­ва­тель­но, под­ви­га.

прп. Варсонофий

Мо­лит­ва к Бо­гу вся­кая до­ход­на. А ка­кая имен­но – об этом мы не зна­ем. Он Один Су­дия пра­вед­ный, а мы мо­жем ложь приз­нать за ис­ти­ну. Мо­лись и ве­руй.

прп. Анатолий

Не при­ла­гай­те серд­ца к су­е­те мирс­кой. Осо­бен­но во вре­мя мо­лит­вы ос­тав­ляй­те все по­мыс­лы о жи­тейс­ком. Пос­ле мо­лит­вы, до­маш­ней или цер­ков­ной, что­бы сох­ра­нить мо­лит­вен­ное, уми­лен­ное наст­ро­е­ние ду­ши, не­об­хо­ди­мо мол­ча­ние. Иног­да да­же прос­тое, по-ви­ди­мо­му, да­же нез­на­чи­тель­ное сло­во мо­жет на­ру­шить и спуг­нуть, как птич­ку, из ду­ши на­шей уми­ле­ние.

прписп. Никон

Мысли о войне

Смч. Вениамин (Казанский)

Статья из цикла публикаций посвящённых священномученику Вениамину (Казанскому), приуроченных к изданию Оптиной Пустынью жития святителя.


В 1904 году началась Русско-японская война. Для христианина раздумья о ней зачастую порождали тяжелые чувства. «При мысли о войне содрогается и ужасается сердце человеческое, так как слишком уж много приносит она людям всякого горя, бед, скорбей и страданий, до смерти включительно, – писал отец Вениамин. – Сердце кровью обливается, на глазах невольно появляются слезы, когда представишь себе, сколько поильцев и кормильцев должны бросить свои семьи и идти на поле кровавое, чтобы там подвергнуться всем опасностям и ужасам войны. Они будут сражаться, а оставшиеся дома близкие их будут лить слезы, тужить и беспокоиться, не зная, где они и что с ними.

Особенно тяжело, мучительно тяжело мысль о войне поражает сердце христианина. По заповеди Христовой он не различает своих и чужих: скорби, страдания других людей – его собственные, он должен всех благословлять, никому не вредить, никого не убивать. Но война заставляет его брать оружие и вносить в среду врагов опустошение и смерть. Иначе он и поступить не может. Вот он видит, что вера его, самое ценное сокровище, подвергается поруганию, дорогие сердцу его святыни ее оскверняются, его единоплеменники, единоверцы и соотечественники терпят всевозможные бедствия и страдания, до смерти включительно. Перед его сознанием ярко выступают слова Христовы: бо́льши сея любве никто́же и́мать, да кто положи́т душу свою за дру́ги своя (см. Ин. 15, 13). Эти-то слова Христовы, как некогда разъяснял святой Кирилл Философ, и заставляют христиан вести войну. Поэтому может ли кто обвинять в несоблюдении слов Христовых людей, которые, покидая свои семьи и занятия, порывая всякие дорогие их сердцу связи, идут навстречу врагам, рискуя и жертвуя своею жизнью, сражаются не за себя только и свое достояние, но за многие тысячи других людей, которые дома наслаждаются жизнью в кругу своих семей, и за их благополучие. Узкий только эгоизм и непонимание учения Христова заставляет некоторых отказываться от участия в войне оборонительной. Они боятся взять грех на себя, запятнать душу свою убийством неприятелей, а не боятся нарушить заповедь о любви к ближним, к друзьям своим до положения живота своего за них.

Поистине великое бедствие война. Но мы, русские, ее не желали. Мы, по апостолу, стараемся, если возможно с нашей стороны, быть в мире со всеми людьми (Рим. 12, 18). Но эта возможность у нас отнята».