Милующее сердце
Только и помышлений было у отца Моисея, чтобы всякого успокоить, утереть слезы, облегчить скорбь. О благотворительности его невозможно всего передать.
Придут к нему, бывало, из города бедные женщины попросить на зиму сенца для своих коров, он и спросит эконома: «Много ли у нас сена-то?» - «Батюшка, сена только про себя». Отец Моисей будто и согласится с ним и скажет женщинам: «У нас у самих столько-то коров и лошадей, и сено самим тоже нужно». Между тем запишет их адреса и отпустит. Потом, когда придет время поднимать стога, позовет к себе эконома и спросит: «Вот у тебя на лугу у города стоит стожок; когда ж ты будешь его возить?» - «Да думаю завтра, если благословите». – «То-то, ты уж поскорей, а то занесет его снегом, к нему и подъехать будет нельзя. Да, кстати, вот случилось какое дело: приходили ко мне из города женщины и просили продать им сена. Я говорил им, что сено нужно самим, да они набросали тут денег, одна полтора рубля, а другая два. Так уж нечего делать, надо им отвезти. Ты уж им отвези». Но женщины и не думали давать денег.
Приехал к старцам в Оптину один настоятель и, проходя по дорожке к келье отца Моисея, увидел мальчика, сидящего на дорожке. «Ты что тут делаешь?» – спросил настоятель. – «Кротов ловлю», – ответил мальчик. «И жалование за это получаешь?» – «Получаю». Идет настоятель далее. Сидит у яблони другой мальчик. «А ты что делаешь?» – спрашивает настоятель. – «Ворон пугаю от яблони, чтоб яблоки не портили». – «И жалование получаешь?» – «Получаю».
Входит настоятель к отцу Моисею и при разговоре высказывает ему свое удивление, что «мальчики у вас на жалованье: один тут кротов ловит…» – «Да, – прервал его старец, – крот – это вредный зверек, у лучших растений иногда подкапывает корни». – «Но другой-то только ворон пугает». - «Да, эта птица вредна, самое лучшее яблоко испортит да испортит. Вот я и должен нанимать мальчиков, да и мальчики-то – сироты». А это было время неурожая.
Как ни прикрывал отец Моисей дела милосердия, но иногда случалось, что они нечаянно обнаруживались.
Так, при посетителях однажды вошла бедная женщина с подушкою в руках. Отец Моисей вышел к ней в переднюю и спросил: «Что тебе надобно?» – «Да вот, батюшка, не купите ли подушку?» – «Нет, нам не надобно!» – «Возьмите, батюшка, сделайте милость! У меня дети голодные, нам нечего есть!» – «А что стоит эта подушка?» – «Полтора рубля». – «Хорошо!»
Пошел к себе в келью, взял кредитную бумажку и подал женщине. Она поклонилась и вышла. Но едва он сел на место для беседы с посетителями, как женщина вернулась и говорит: «Батюшка, Вы должно быть ошиблись, дали пять рублей». – «Ступай, ступай, – сказал отец Моисей, – я цену знаю». Женщина ушла.
Такие сердечные отношения к ближним постоянно им поддерживались.
…В откровенной беседе с присными своими он говаривал: «Когда я готовлюсь служить, меня всегда заботит помысл: все нам Бог посылает; мир не оставляет нас своими приношениями; но есть, может быть, человек, которого я оскорбил неумышленно, отказал ему в чем-нибудь, лишил его, может быть, крова, не дал ему дневного пропитания, и он держит гнев на меня. А я не знаю его и не примирился с ним. Поэтому, когда приступаю к служению, первый поклон пред Престолом я всегда кладу за таких и молю моего Господа: укажи мне его, чтобы я имел возможность примириться с ним и седмерицею воздать за все, чего я лишил его»…
Из книги иером. Ераста (Вытропского) "Историческое описание Козельской Оптиной Пустыни и Предтечева скита"