Аудио-трансляция: Казанский Введенский

Для ис­тин­но­го по­ка­я­ния нуж­ны не го­ды и не дни, а од­но мгно­ве­ние.

прп. Амвросий

По­ка­я­ние тог­да толь­ко ис­тин­но, ког­да че­ло­век, вос­чу­в­ствуя гре­хи свои, ко­и­ми прог­не­вал Соз­да­те­ля сво­е­го, ос­тав­ля­ет гре­хов­ное действо, со­жа­ле­ет об оных и рас­ка­и­ва­ет­ся, и удос­то­и­ва­ет­ся про­ще­ния бла­го­да­тию Хрис­то­вою чрез раз­ре­ше­ние свя­щен­нос­лу­жи­те­ля Церк­ви. А ког­да не ос­тав­ля­ет, хоть и ка­ет­ся, то сие не есть по­ка­я­ние, а да­же и опас­ное, чрез­мер­ное и без­рас­суд­ное упо­ва­ние на бла­гость Бо­жию, ко­то­рое так же, как и от­ча­я­ние, в рав­ной ме­ре су­дит­ся пред Бо­гом.

прп. Макарий

По­ка­я­ние тог­да ис­тин­но, ког­да пос­ле не­го все уси­лен­но бу­дешь ста­рать­ся уже жить как долж­но, а без это­го оно ма­ло действи­тель­но, ес­ли ка­ешь­ся лишь бы про­го­во­рить о гре­хах, а жить по-ста­ро­му.

прп. Иосиф

Иисусова молитва – необходимое оружие в деле спасения

Однажды я возвращался от батюшки Амвросия и на пути заехал в Васильсурск. Остановился в знакомом монастыре, и мне предложили посетить послушника монастыря брата Василия, жившего отшельником в лесу. Постучался я, сотворил молитву. Старец с любовью меня принял.

— Кто ты такой будешь? — спросил он меня.
— Я — воин Павел, благословите меня, батюшка.
— Какой я батюшка, я — простой послушник.

Разговорились мы с ним. Стал я расспрашивать, как он живет, как угождает Господу.

Иисусова молитва – необходимое оружие в деле спасения— Жить в лесу — от людей спокойно, — сказал старец, — вот только с бесами воевать приходится. Каких только страхований не нагонят они! Однажды среди белого дня вдруг вижу, едет к моей келии множество саней, в которых сидят чуваши. Остановились, стучат в дверь. "Отвори скорее, — говорят, — мы иззябли". Отец настоятель запретил мне пускать кого-либо без молитвы, вот я и говорю: "Сотворите молитву". "Какую там молитву, — отвечают, — отвори". — "Скажите: Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй нас". За дверью раздался смех. Затем все сели в сани и уехали. Вышел я на улицу посмотреть, вижу — никаких следов на снегу, сугробы кругом моей калии огромные, следовательно, все это было призрачное. А то покойник приходил по ночам, стучит кулаком и ревет что есть мочи.

— Да, такие искушения были и у преподобного Серафима, — сказал я.
— То — преподобный, а то — я, и молитва у меня слабенькая, а все-таки Господь помогает. Больше всего упражняюсь в Иисусовой молитве.

Я попросил указания, как ее совершать.

— Страшная это молитва, — отвечает пустынник, — очень не любит ее сатана и старается всеми силами отомстить тем, кто ее совершает. Без руководства эту молитву проходить опасно. Если хочешь начать, то начни с небольшого. Возьми четки — у тебя есть? По четочкам сто молитв Иисусовых в день с поклонами, хочешь земными, хочешь поясными, все равно.

…Много и других искушений пришлось вытерпеть старцу. Иисусова молитва есть необходимейшее оружие в деле нашего спасения. Но кто берется за нее, должен ожидать искушений и приготовиться к борьбе внутренней, к борьбе с помыслами. Бесы не любят Иисусовой молитвы и всячески мстят человеку, бьющему их этим бичом. Они начинают нашептывать ему (конечно, невещественными устами) всевозможные сомнения: как это доказать, какой смысл в этом, это неправда, этому никто не верит, это обман и т.д. Чем же бороться подвижнику с этими помыслами? Непринятием их? Но легко сказать — не принимать помыслы. Выполнить это дело настолько нелегко, что борьбу с помыслами Господь принимает за мученичество.

Хотя молитва Иисусова требует от человека труда, она же несет с собой высокие утешения.

Из бесед прп. Варсонофия Оптинского