Аудио-трансляция: Казанский Введенский
Заказать поминовение Расписание богослужений

Че­ло­век хо­чет од­но, а сам де­ла­ет сов­сем дру­гое, не то, что хо­чет. Ум его хо­чет од­но, а чувства тре­бу­ют дру­го­го. И ви­дит че­ло­век, и чувству­ет бо­лез­нен­но, что это все не то, по­ни­ма­ет он, что не­хо­ро­шо у не­го по­лу­ча­ет­ся, не так, как на­до, да­же при­хо­дит в уны­ние, ви­дя, что не пре­ус­пе­ва­ет он в борь­бе со страс­тя­ми, что не на­ла­жи­ва­ет­ся его ду­хов­ная жизнь. Но нет, не нуж­но уны­вать, на­до тер­петь.

прписп. Никон

На­ча­ло спа­се­ния сос­то­ит в том, что­бы ос­та­вить свои хо­те­ния и ра­зу­ме­ния и сот­во­рить Бо­жии хо­те­ния.

прп. Амвросий

На­до тер­пе­ли­во по­нуж­дать се­бя на вся­кую доб­ро­де­тель ра­ди Гос­по­да, трез­вен­но сле­дить за все­ми сво­и­ми чувства­ми, мыс­ля­ми, де­ла­ми, на­до при­зы­вать на по­мощь Гос­по­да Бо­га, на­до прий­ти в сми­ре­ние и соз­нать, что сво­и­ми де­ла­ми без Бо­же­ст­вен­ной по­мо­щи че­ло­век ни­че­го не ус­пе­ет. И ког­да, на­ко­нец, уго­то­вит­ся со­суд ду­ши и те­ла че­ло­ве­ка, ког­да наст­ро­ят­ся стру­ны его псал­ти­ри во вся­ком сми­ре­нии, тер­пе­нии и бла­го­чес­тии... тог­да при­дет вре­мя, и раз­да­ст­ся чуд­ное пе­ние, и поль­ют­ся прек­рас­ные див­ные зву­ки ду­хов­ной жиз­ни, и уз­рят мно­зи и убо­ят­ся, и упо­ва­ют на Гос­по­да (Пс. 39, 4), ибо от со­е­ди­не­ния с Гос­по­дом по­лу­ча­ет­ся это пе­ние не­из­ре­чен­ное.

прписп. Никон

"Под его руководством всякая тягота душевная делалась удобоносимою"...

Как не может град укрытися, верху горы стоя (Мф. 5, 14), так не могла укрыться от людей высокая деятельность старца Илариона. По воспоминаниям братии, наставления преподобного были кратки, ясны, просты и имели силу убедительности, потому что он сам первый исполнял то, что советовал братии.

Под его руководством всякая тягота душевная делалась удобоносимоюКроме братии обители и массы приходящего народа, духовным руководством и наставлениями его пользовались многие насельницы женских монастырей. Старец вел с ними переписку, отвечая не только на вопросы духовной жизни сестер, но и вдумчиво рассматривая самые различные житейские обстоятельства, искушения, нужды. Сохранившиеся письма старца не утратили своей духовной значимости и по сей день.

Но наряду с доброжелательным отношением к нему были случаи и явной клеветы на Оптинского подвижника, и в этом горниле испытаний еще более закалилась душа его: не поколебалась мирность батюшкиного сердца, не расстроилась кротость его нрава. «Когда и на святых вопияли и соблазнялись, – говорил он, – то кольми паче мне можно потерпеть что-нибудь с благодарностью, к очищению грехов моих». Но отвечая даже и своему недоброжелателю, кроткий старец ни единым словом не обижал его, не раздражал, а напротив, прощал и разрешал от греха: «Да поможет Вам Господь положить начало своему исправлению, не верить всякому слуху и клевете на ближнего и стараться зреть свои прегрешения».

Несмотря на многочисленные свои занятия с монашествующими и мирскими людьми, невзирая на слабость собственного здоровья, батюшка с отеческой любовью входил во все нужды своих духовных чад, своим всецелым самопожертвованием ради спасения ближних. «Под его руководством, – вспоминала игумения Палладия (Юрьевич), – всякая тягота душевная делалась удобоносимою, его любовь заставляла забывать все временные скорби и быть благодушной при всех обстоятельствах и трудностях жизни. Почти каждогодно посещала я святую обитель, и всегда, бывало, едешь туда растерзанной, истомленной болезненными скорбями душой, нередко с твердым намерением скинуть с себя бремя начальства, а возвращаешься оттуда с обновленным духом, готовая смирить себя под всемогущую десницу Всевышнего и нести крест свой, пока угодно будет Его святой воле».

Из жития прп. Илариона Оптинского