Царство
разделившееся само в себе
Статья из цикла публикаций посвящённых священномученику Вениамину (Казанскому), приуроченных к изданию Оптиной Пустынью жития святителя.
12 августа 1917 года архиепископ Вениамин отправился в Москву для участия в Священном Соборе Православной Российской Церкви. Первая сессия Собора проходила с 15 августа по 9 декабря. 13 августа Святейший Синод постановил возвести архиепископов Московского Тихона (Белавина), Тифлисского Платона (Рождественского) и Петроградского Вениамина в сан митрополитов.
Митрополит Вениамин, чрезвычайно беспокоившийся о судьбе епархии и паствы, при любой возможности старался выехать в город и уже 25 августа был в Петрограде. Прямо с вокзала он направился в Казанский собор и отслужил молебен Божией Матери, призвав «к единению всех русских людей в нынешние трагические дни». 30 августа была торжественно отпразднована память святого благоверного князя Александра Невского. В своей проповеди за богослужением митрополит Вениамин подчеркнул, что «Родина ныне подлинно на краю гибели, надежда должна быть только на милосердие Божие».
Расквартированные в Петрограде казачьи части выразили желание принять участие в крестном ходе в день празднования Казанской иконы Божией Матери и испросили благословение на это митрополита Вениамина. Предполагалось, что 22 октября (за три дня до совершившегося, как выяснилось впоследствии, государственного переворота) в девять часов утра 1-й и 4-й полки после краткого молебна выступят из своих казарм в конном строю со святыми иконами и хоругвями, полковыми священниками и полковыми певчими. Временное правительство, однако, воспротивилось участию казачьих частей в крестном ходе, и предложило военному руководству не допускать участия армии в общей молитве. Приближались дни государственного переворота, и Ленин с удовлетворением отметил это решение Временного правительства. «Отмена демонстрации казаков есть гигантская победа — писал он. — Наступать изо всех сил, и мы победим вполне в несколько дней!»
В ночь с 25 на 26 октября власть в Петрограде перешла к большевикам, возглавляемым Лениным, и 27 октября начались бои в Москве, сосредоточившиеся в основном вокруг Кремля. Здесь, в покоях Чудова монастыря, нашли себе приют многие члены Собора, в том числе и митрополит Вениамин.
Впоследствии владыка писал об этих событиях протоиерею Философу Орнатскому: «Усердно прошу Вас по получении настоящего письма отслужить благодарственный молебен перед чудотворным образом Заступницы христиан за спасение меня грешного от смертельной опасности. Заступлением Матери Божией да чьими-то усердными молитвами я остался жив. Целую неделю я провел в осажденном Кремле.
Последние двое суток насельники Чудова монастыря спасались в подвале и подземной церкви святителя Ермогена, куда были перенесены и мощи святителя Алексия из соборного храма. Стену занимаемого мною помещения пробили два снаряда тяжелой артиллерии, разорвались и произвели большое разрушение. Из своей комнаты я вышел за несколько минут перед этим. Когда был в соседних комнатах, все это произошло, и войти за клобуком и рясой я не мог, так как по коридору двигалось целое облако пыли и мелкого щебня и дыма. Это было в среду, 2 ноября, по-петроградски около двух часов дня. Две ночи и день прожили мы в келье одного иеромонаха. Спали не раздеваясь. Ко всенощной и литургии под выстрелами через двор ходами — в подземную церковь. Шла постоянная служба. Братия исповедалась, причащалась Святых Таин; служащие и неслужащие готовились к смерти. Пережили незабываемые часы и минуты. Рвутся снаряды, грохот пулеметов, ружей, падающих зданий. А в подземелье возносится молитва у мощей строителя обители - святителя Алексия, которые опять перенесены туда, где они несколько сот лет назад и похоронены, — в подземелье, где страдал и скончался святитель Ермоген, — возносится молитва о примирении враждующих между собою братьев, об упокоении всех во дни и нощи во время междоусобной брани убиенных. В смятенных сердцах, скрывающихся в подземелье, успокоительно отдаются слова евангельского чтения: мир вам! И паки реку: мир вам! (см. Ин. 20, 19-21), сказанные апостолам, страха ради собранным в комнате дверем заключенным. Меня особенно трогало, что на молебне по „Отче наш...“ пели тропарь „Заступница Усердная“. Я невольно падал на колени и со слезами молился. Многие день и ночь проводили то в подвале, то в подземной церкви безвыходно. В пятницу осада церкви кончилась.
Когда я служил литургию в подземной церкви, вошли солдаты в монастырь. Боялись ужасов. Один заглянул в подземелье, услышал пение, перекрестился и ушел. В пятницу я оставил Кремль и переселился в семинарию. Остался цел среди всех ужасов, ни от кого не встретил обиды и оскорбления, даже тогда, когда среди солдат и рабочих выходил в клобуке из Кремля, шел по Красной площади и улицам среди возбужденного народа».
5 ноября 1917 года в Храме Христа Спасителя была отслужена Божественная литургия и после молебна был вынут жребий с именем митрополита Тихона, которому предстояло стать после более чем 200-летнего перерыва Патриархом Московским и всея России.
26 ноября митрополит Вениамин отслужил литургию в Екатерининском соборе в Царском Селе, где прежде служил расстрелянный большевиками протоиерей Иоанн Кочуров. По окончании литургии владыка заметил собравшимся, что, в то время когда другие народы, чуждые православия, населяющие Россию, образовали внутри себя крепкие союзы, среди православных нет единения, но, наоборот, разъединение. «Страх нападает при мысли о том, — сказал митрополит, — что будет с нашей Родиной при таком разъединении. Но есть средство избавиться от страха, средство к спасению нашего дорогого Отечества, это — объединяющая святая православная вера».