проповедь На погребение
монахини Василиссы,
матери убиенного
иеромонаха Василия (Рослякова)
(† 27.05.2022)
Мы собрались проводить в последний путь останки новопреставленной монахини Василиссы, а душа ее начинает новую жизнь, вступает на новый путь в вечности…
Сам возраст, годы жизни, отпущенные матушке Василиссе: 101 год с лишком, — ставят нас перед вопросом о временах и сроках.
В притче о работниках единонадесятого часа, которые получили одинаковую плату с теми, кто трудился с первого часа, Христос показывает условность человеческой справедливости. То, что людям кажется несправедливым, устанавливает работодатель, под Которым подразумевается Отец Небесный, Который не ошибается и всегда стоит выше человеческих стандартов и норм, потому что Он есть Любовь. И мы знаем, что часто Господь одно намерение человеческого сердца приемлет более всех дел. И как тут понять меру человеческих свершений? Меру времени? Все оказывается таким ненадежным.
Действительно, договариваясь о выполнении каких-то работ, мы бываем очень недовольны тем, что получилось. То ли работники опоздали к намеченному сроку, то ли недобросовестно трудились; а возможно, само поведение тружеников перечеркивает нужность всего дела. Бывает, что наши представления сильно отличаются от того, что выходит в результате. Одним словом, мы постоянно сталкиваемся с тем, что плоды многих трудов приносят нам одно расстройство.
Жизнь духовная — еще более сложная субстанция, чем дела земные. Тут многие труды могут быть перечеркнуты одним тщеславным помыслом. Да и имеют ли значение наши труды и многие дни пред лицом Господа? И как нам понять смысл, сокрытый в этой удивительной жизни? Этих сверх обычной меры продлившихся дней? У Господа «один день, яко тысяча лет, и тысяча лет, словно день един» (2Пет. 3, 8), но мы-то здесь, на земле, и мы хотим прикоснуться к сей тайне.
Мать Василисса прожила жизнь обычного хорошего советского человека. Жизнь трудную и имевшую немного утешений. 73 года была совершенно неверующим человеком. А между тем, ее сын обрел драгоценный дар веры. Он, словно огненная комета, промчался по небосводу немногих лет, все более раздувая в себе огонь этой веры. Промчался и вспыхнул, как маленькое солнце, осветившее многие души светом Христовой Пасхи, отраженным сиянием незаходящего дня вечной радости.
Этот свет проник и в душу его матери. Через боль, через скорбь о единственном и во цвете лет погибшем сыне она нашла Христа, призвавшего его к Себе. А ее сын, предстоя в лике мучеников у Престола Славы, молил Господа о своей матери. Возможно, он сказал Господу: «Всещедрый Владыко, ты сподобил меня пострадать за Имя Твое святое, и сатана прервал дни жизни моей. Молю Тебя, даруй годы, не прожитые мною, моей любимой мамочке! Дай ей пожить и жизнью верующего человека».
И Господь умножил ее дни, и дал ей еще полжизни сроку. А за это время она воцерковилась и стала постоянно причащаться. За это время Псалтирь стала ее излюбленным чтением, многие люди узнали ее и полюбили, не только потому, что она мать новомученика, но и за искренность души, непосредственность и хлебосольную доброту. За это время она приняла постриг с именем Василисса.
Но это все — внешние события, которые могут быть очень обманчивыми, как мы говорили, поскольку «ин суд человеческий, ин суд Божий».
Возможно, отцы, которые чаще навещали м. Василиссу в Москве, могли бы рассказать больше, но мне хотелось бы выделить главное, с моей точки зрения. Если говорить о внутреннем, о таинственной жизни души, то самая главная черта усопшей — это ее удивительная простота и искренность. Конечно, само понятие простоты может вместить в себя многое. Есть даже простота, которая, как говорится, «хуже воровства»; есть простота как невежество, но есть и весьма любимая Господом добродетель простоты.
Когда преподобный Антоний Великий просил Господа открыть ему козни дьявола, он увидел бесчисленные незримые сети, опутавшие всю землю. «Господи, так кто же может спастись?» — в страхе воскликнул святой. «Смиренного они даже не коснутся,» — был ему ответ.
Вот и простота бывает стоящей ближе всего к смирению, а если это смирение еще сочетается с открытым расположением сердца к каждому человеку, если она сочетается с удивительной внутренней твердостью, с таким несгибаемым характером, который унаследовал от матери ее сын-мученик, то мы получим четкое определение: праведность!
Из житий святых мы знаем, как любит Господь простоту в соединении с верой и благостью, как много Он готов дать даров такой искренней и прямой душе. Поэтому, провожая монахиню Василиссу, мы больше радуемся, нежели скорбим о ней, хотя и трудно шедшей к Богу, но так много в Нем обретшей.
Аминь.
