«Молитва – это капитал»
К дню памяти преподобного Нектария Оптинского
Преподобный Нектарий Оптинский стал последним избранным братией монастыря старцем. Как известно, когда о. Нектария избрали старцем и братским духовником, он трижды отказывался и лишь за послушание принял этот крест.
Позднее старец Нектарий говорил:
– Как я могу быть наследником прежних старцев? У них благодать была целыми караваями, а у меня ломтик.
А позднее признавался: «Я уже тогда, когда избирали меня, предвидел и разгон Оптины, и тюрьму, и ссылку и не хотел брать всего этого на себя».
В акафисте преподобному отмечена его главное духовное дарование – непрестанная молитва, которая была дарована от Самого Господа: «Сокровищница дарований духовных явился еси Нектарие, ихже приял еси от богоносных старцев твоих: от Амвросия научился еси деянию, от Анатолия же видению, от Самого же Господа приял еси молитву непрестанную…»
По свидетельству жизнеописания, старец Нектарий «часто и с любовью говорил о молитве. Он учил постоянству в молитве, считая добрым знаком от Господа неисполнение прошений.
– Надо продолжать молиться и не унывать, – поучал батюшка. – Молитва – это капитал. Чем дольше лежит, тем больше процентов приносит. Господь посылает Свою милость тогда, когда Ему это благоугодно, когда нам полезно ее принять... Иногда через год Господь исполняет прошение... Пример надо брать с Иоакима и Анны. Они всю жизнь молились и не унывали, и какое Господь послал им утешение!
Однажды посоветовал:
– Молитесь просто: “Господи, даруй мне благодать Твою!” На вас идет туча скорбей, а вы молитесь: “Господи, даруй мне благодать Твою!” И Господь пронесет мимо вас грозу».
Как-то старец сказал:
– Есть люди, которые никогда не обращаются к Богу, не молятся, и вдруг случается с ними такое – в душе тоскливо, в голове мятежность, в сердце – грусть, и чувствует человек, что в этом бедственном положении ему другой человек не поможет. Он его выслушает, но бедствия его не поймет. И тогда человек обращается к Богу и с глубоким вздохом говорит: Господи, помилуй! Казалось бы, довольно нам в молитве сказать один раз «Господи, помилуй», а мы в церкви говорим и три, и двенадцать, и сорок раз. Это за тех страдальцев, которые даже не могут вымолвить «Господи, помилуй», и за них говорит это Церковь. И Господь слышит, и сначала – чуть-чуть благодать, как светоч, а потом все больше и больше, и получается облегчение».
Надежда Александровна Павлович (1895–1980), духовное чадо старца Нектария, вспоминала о молитве старца, что «Батюшка много, с любовью говорил о молитве.
- Молитвой, словом Божиим, всякая скверна очищается.
- Душа не может примириться с жизнью и утешается лишь молитвой. Без молитвы душа мертва перед благодатью.
- Многословие вредно в молитве, как апостол сказал. Главное – любовь и усердие к Богу.
- Лучше прочесть один день одну молитву, другой – другую, чем обе зараз. Одной-то будто бы и довольно».
Это не значит, что старец ограничивал молитвословие или ежедневное правило одной молитвой. Он говорил о мере новоначальных, которые имели силу сосредоточиться только на одной молитве, а другие читали рассеянно.
Это – снисхождение к немощи, что старец и проявил дальнейшим примером. Спаситель взял Себе учеников из простых, безграмотных людей. Позвал их – они все бросили и пошли за Ним. Он им не дал никакого молитвенного правила – дал полную свободу, льготу, как детям. А Сам Спаситель, как кончал проповедь, уединялся в пустынное место и молился. Он Своих учеников Сам звал, а к Иоанну Крестителю ученики приходили по своему желанию – не звал их Креститель, а к нему приходили. Какое он им давал правило, это осталось прикровенным, но молиться он их научил. И вот, когда ученики Иоанновы пришли к Спасителю, они рассказали апостолам, как они молятся, а те и спохватились – вот ученики Иоанновы молятся, а наш добрый Учитель нам ни полслова не сказал о молитве, и так серьезно к Нему приступили, как бы с укором, – что вот ученики Иоанновы молятся, а мы нет.
– А если бы ученики Иоанновы не сказали им, то они бы и не подумали об этом, – заметил старец, поглядывая на одну послушницу, которая попросила у него молитвенного правила, узнав, что другим ученикам старец такое назначает.
– А Спаситель им сице: “Отче наш…” И так их и научил, а другой молитвы не давал».
По свидетельству Надежды Александровны, «старец заповедал ученикам своим никогда самовольно не заниматься Иисусовой молитвой; он говорил о ней:
– Знай, что сначала тебе будет очень тяжело и трудно, ведь надо войти в свою душу, а там такой тебя встретит мрак, и только потом – не скоро – забрезжит свет, и надо ждать, и принять много скорби».
Как-то монахиня Таисия из Каширского женского монастыря записала в своем дневнике:
«1918 года, февраль. Была у старца, отца Нектария. Принял меня одну и учил Иисусовой молитве. Ввел ее в самое сердце, отчего я чувствовала, что молитва действует сама, без принуждения. Батюшка спрашивал, указывая на мое сердце:
– Почему здесь так хорошо? – и смеялся.
Вышла от него радостная, словно поймала драгоценную птичку, боясь ее, т. е. молитву, выпустить из сердца; хотела всегда, всю жизнь с ней пребывать. Брал после этого еще несколько раз и учил молитве, влагая мне в ум свои мысли, и я старца понимала без слов. Был очень радостный и оставлял меня жить у себя».
Одному духовному сыну батюшка сказал:
– Аз возжегох вам светильник, а о фитиле вы позаботьтесь сами.
Во всех испытаниях старец советовал прибегать к молитве.
Одна женщина жаловалась старцу:
– Батюшка, сильно раздражаюсь.
А он отвечает:
– Как найдет на тебя раздражение, тверди только: Господи, помилуй. Ищи подкрепления в молитве и утешения в работе.
Рефреном в современном акафисте старец Нектарий, встретивший времена революционного лихолетья и прославленный в лике святых уже в наше время, почитается как «Оптиной пустыни благоухание».
В день памяти обратимся к старцу словами молитвы: «Призри ныне с небесе и от Райскаго сада к нам приникни…»