Схиархимандрит Никодим (Демутье) – судьба монаха и гардемарина
20 февраля (7 февраля по старому стилю) 1864 года в Малоярославецком Николаевском монастыре скончался схиархимандрит Никодим (Демутье). В миру его звали Николаем Петровичем и происходил он из дворянского сословия. Отец будущего схиархимандрита был французом, мать – русской. К сожалению, сведений о его родителях нет, отсутствуют также и данные о ранних годах его жизни. По всей видимости, отец Николая был эмигрантом, бежавшим из Франции от преследований революционеров. Возможно, род Демутье начал служить русскому императору еще раньше [3]. Одно можно говорить с уверенностью – к началу XIX века семейство Демутье окончательно обрусело.
Родился Николай Петрович в 1800 году, когда уже вовсю шли Наполеоновские войны. Как всякий дворянин, считавший своим долгом служить Отечеству, в возрасте 10 лет он поступил в Морской кадетский корпус и в 1814 году стал гардемарином. В чине мичмана в 1818 году его перевели в Черноморский флот. Однако, молодой офицер к месту службы не прибыл. В это время к Николаю пришло осознание неверно выбранного пути, он ясно почувствовал тяготение к уединенной монашеской жизни. Он был задержан на Слобожанщине, откуда его доставили на гауптвахту Николаевского адмиралтейства. Следствие установило, что мичман Демутье решил оставить военную службу и поступить в монастырь. В 1820 году он был предан военному суду, но освобожден из-под ареста «ввиду молодости, поскольку не имел злого умысла и характеризовался положительно». В 1821 году начальство аттестовало его характеристикой: «поведения благородного, в должности своей знающ и усерден» [5]. Обладая непростым нравом, Николай Петрович выступил против командира фрегата, на котором проходил службу и снова был арестован в 1821 году. Тяжбы с начальством длились до 1828 года, когда, наконец, он был уволен со службы со штрафом «за ослушание вахтенного лейтенанта и командира фрегата «Минерва»».
В 1832 году Николай Петрович прибыл в Площанскую пустынь, где познакомился с отцом Макарием, будущим оптинским старцем. Он так расположился к этому опытному в духовной жизни иеромонаху, что отдал ему себя в полное послушание.
Архимандрит Агапит (Беловидов) пишет: «Послушание его состояло в келейных послугах старцу и канонаршестве. Но вскоре враг спасения нашего смутил нового пришельца. По его внушению Николай Петрович задумал оставить обитель и старца-руководителя; под предлогом богомолья он стал проситься в Воронеж для поклонения новоявленному тогда чудотворцу святителю Митрофану. Опытный старец отец Макарий и другие иноки, видевшие тут вражие искушение, долго уговаривали его остаться в обители. Но когда убеждения их остались безуспешными, то благословили его отправиться в Воронеж и даже дали ему лошадь и кучера, чтобы подвезти его до города Орла. Собрав все свои небольшие пожитки в дорожную сумку, не исключая и свидетельства об отставке от военной службы, Николай Петрович отправился в путь. Но не успел он отъехать от монастыря и восьми верст, как постигло его горе. Лошадь без всякой видимой причины с испугу бросилась в сторону и, выбросив седока с кучером, помчалась вперед одна. Кучер бросился догонять лошадь, а Николай Петрович принужден был тою же дорогою вернуться назад в монастырь. Настал вечер, и путешественнику пришлось идти пешком уже ночью со слезным раскаянием, что не послушался совета своего доброго старца отца Макария и других иноков остаться в обители. К полночи дошел он до монастыря и ночевал на монастырской гостинице. К довершению горя Николая Петровича на другой день утром оказалось, что кучер с лошадью в монастыре, а котомка его пропала. Видя в этом событии явное наказание Божие за ослушание и непокорность старцам и за неблаговременную отлучку из обители, Николай Петрович усердно испрашивал у старцев себе прощения. Между прочим, он много беспокоился о потере своей сумки, в которой хранилось выданное ему свидетельство об отставке. Добрые и истинно чадолюбивые старцы вместе с отцом Макарием старались всячески успокоить и утешить его. Того же дня к вечеру явился в монастырь из находящейся вблизи монастыря деревни крестьянин и объявил, что он поднял в лесу кожаную котомку, которую и принес в монастырь, спрашивая, не найдется ли в нем ее хозяин. Таким образом, Николай Петрович, по милости Божией и по молитвам старца Макария с прочими площанскими старцами, неожиданно и притом вскорости получил все потерянное и усердно возблагодарил за сие Премилосердого Господа, а также и доброго бескорыстного находчика» [1].
В 1834 году по благословению отца Макария Николай Демутье перешел в Троицкую Сергиеву пустынь под Санкт-Петербургом, где был пострижен в рясофор. В следующем 1835 году отец Николай перебрался в Оптину пустынь вслед за своим духовным отцом, старцем Макарием. Был определен в число оптинского братства 4 декабря 1836 года и получил послушание сборщика.
5 августа 1840 года он был пострижен в монашество с именем Никодим [4]. В 1842 году отец Никодим был рукоположен в сан иеродиакона, а вскоре и в сан иеромонаха.
25 августа 1842 года указом Калужской духовной консистории иеромонах Никодим был определен строителем Мещовского Георгиевского монастыря. Находясь на настоятельской должности, он не прерывал духовного общения с Оптиной, беря духовные советы у старца Макария и архимандрита Моисея.
Отца Никодима очень ценил преподобный Антоний (Путилов), в то время настоятель Малоярославецкого Николаевского монастыря. В отделе рукописей Российской Государственной Библиотеки хранятся его письма к отцу Никодиму, написанные в течение 20 лет – с 1842 по 1862 годы. В этих письмах можно найти и сложные духовные размышления, и вопросы, связанные с монастырским управлением [6].
Управляя Мещовским монастырем, отец Никодим заботился о внутреннем и внешнем его благолепии – например, число иноков обители выросло с 17 до 50 человек.
Уходя на покой и возвращаясь в Оптину пустынь, старец Антоний просил назначить на его должность иеромонаха Никодима. 25 января 1853 года отец Никодим был возведен в сан игумена и назначен настоятелем Малоярославецкого Николаевского монастыря. За усердные труды 31 марта 1857 года его возвели в сан архимандрита, а в июле 1861 года он был награжден орденом Святой Анны 3-й степени. В 1862 году, чувствуя, что силы его на исходе, он подал прошение об увольнении на покой. Указом Калужской консистории прошение было удовлетворено, и архимандрит Никодим был оставлен на покое в своем монастыре. Тяжело болея, за три дня до смерти он был пострижен в схиму и, причастившись Святых Христовых Таин, скончался 7 февраля 1864 года, на 65-м году жизни [2].
Источники и литература
[1] Агапит (Беловидов), схиархим. Жизнеописание оптинского иеросхимонаха Макария. М.: 1997. С. 34 – 35.
[2] Калужские епархиальные ведомости. 1864. № 3. С. 14.
[3] Ларюшкин О.В. Лица иноэтничного происхождения среди московских горожан в 1719 – 1811 гг.: от интеграции к ассимиляции. Дисс…кандидата исторических наук. 07.00.02. М.: 2014. С. 59 – 61.
[4] Летопись скита Оптиной пустыни. Том первый: 1820 – 1882. Козельск: Введенский ставропигиальный мужской монастырь Оптина пустынь, 2022. С. 68.
[5] Насельники Оптиной пустыни XVII-XX веков: биографический справочник / сост, вступ. статья иеромонах Платон (Рожков). – Козельск: Введенский ставропигиальный мужской монастырь Оптина пустынь, 2017. С. 572.
[6] ОР РГБ Ф. 213. К. 57. Ед. хр. 9.