«Видеть совесть свою как в зеркале»К дню памяти старицы Московского Ивановского монастыря Досифеи
17 февраля (4 февраля по ст. ст.) молитвенно почитают память старицы Московского Ивановского монастыря Досифеи (1746-1810), которую преподобный Моисей Оптинский считал своей первой духовной наставницей и говорил, что «хотя он был от детства воспитан в страхе Божием своею благочестивою родительницею и родителем, но первые наставления в духовной жизни получил от благочестивой старицы Досифеи, жившей в Московском Ивановском монастыре…».
Эти слова великого оптинского старца были записаны известным церковным историком XIX века архимандритом Леонидом (Кавелиным) и вошли в его труд «Последние русские православные пустынножители (материалы для истории русского монашества)».
Согласно преданию, таинственная монахиня Ивановского монастыря Досифея, известная под именем княжны Таракановой, — принцесса Августа Доротея, дочь императрицы Елизаветы Петровны от тайного морганатического брака с графом Алексеем Григорьевичем Разумовским. Принцесса Августа воспитывалась в семье сестры отца Веры Григорьевны Дараган, и в просторечии получила фамилию Тараканова. Вместе с кузенами Дараганами была отправлена заграницу в Швейцарию. Когда в Европе появилась самозванка, выдававшая себя за дочь императрицы Елизаветы Петровны, императрица Екатерина II приказала доставить в Россию возможную претендентку на престол.
Чтобы избежать государственных нестроений принцесса Августа должна была принять монашеский постриг. В 1785 году по секретному повелению императрицы Екатерины II она была доставлена в Московский Ивановский монастырь.
Монахиня Досифея с христианским смирением приняла резкие и неожиданные перемены в своей жизни, всецело положившись на волю Божию. Все время своей затворнической жизни монахиня Досифея посвящала молитве, чтению духовных книг и рукоделию.
Постепенно о затворнице узнала богомольная Москва. Старица Досифея была почитаема современниками за дар молитвы, духовную опытность и рассудительность. Подвижница состояла в духовном общении с митрополитом Платоном (Левшиным), со старцами московского Новоспасского монастыря Александром (Подгорченковым) и Филаретом (Пуляшкиным), с настоятелем Курской Коренной пустыни Макарием (Каменецким), с рославльскими и многими другими подвижниками.
В начале XIX в. к старице за благословением и советом об избрании будущего жизненного пути пришли два брата Путиловы — Тимофей и Иона. Тимофей, впоследствии преподобный схиархимандрит Моисей, около сорока лет (1826-1862) возглавлял Оптину пустынь, где укоренил старчество. Иона, впоследствии игумен Исаия II, поступил в Саровскую пустынь, где имел общение с преподобным Серафимом Саровским, впоследствии по решению братии был избран настоятелем обители (1842-1858).
Провидев их будущее церковное служение, старица приняла благочестивых юношей в своей келье, для дальнейшего духовного руководства благословив обратиться к старцам Новоспасского монастыря. Спустя годы настоятель Оптиной пустыни архим. Моисей писал строительнице Ивановской обители Марии Александровне Мазуриной, что «духовно-мудрая старица блаженныя памяти Досифея послужила мне указанием на избрание пути жизни монашеского звания».
Отец Александр, о котором старица Досифея писала, что он «есть избранник от Христа Спасителя нашего», благословил братьев Путиловых поступить в Саровскую пустынь, куда они прибыли 13 мая 1805 года.
Старица Досифея не оставляла духовное попечение о братьях Путиловых до конца своей жизни.
В письме к братьям Путиловым от 29 октября 1805 года старица укрепляла братьев в прохождении монашеского жительства, именовала пустынь «Саровским Иерусалимом», указывала на важность старческого окормления и просила их «смиренно писать о продолжении жития». В письме от 20 августа 1807 года Тимофей и Иона Путиловы уведомляли старицу Досифею, «свою пречестнейшую матерь и благотворительницу», что они «в расположениях к жизни иноческой неуклонны».
Старица Досифея советовала «видеть совесть свою как бы в зеркале», то есть внимательно следить за всеми своими делами и мыслями, постоянно испытывая свое сердце. По словам старицы, лишь «достигнув спокойствия совести», — можно с мирным сердцем встречать различные вражеские нападения. Подобно святому апостолу, старица советовала во всех делах хранить «добрую совесть» (Евр. 13, 18), для этого как можно чаще чистосердечно «открывать свою совесть» духовнику.
О духовных связях двух монастырей — Оптиной пустыни и Ивановского монастыря (совр. название — Московский Иоанно-Предтеченский женский ставропигиальный монастырь) рассказывается на страницах нового издания «Старица Московского Ивановского монастыря монахиня Досифея: Ивановский монастырь и Оптина пустынь», в подготовке которого приняли участие два монастыря.
В книге опубликованы редкие архивные документы из фондов Оптиной пустыни, Ивановского, Новоспасского, Саровского монастырей и другие материалы. В Сборнике много уникальных материалов, посвященных Оптиной пустыни. Это обзор и публикация писем старца Новоспасского монастыря Александра (Подгорченкова) братьям Путиловым, письма Тимофея Путилова к младшему брату Ионе Путилову, послушнику Успенской Саровской пустыни, написанные с 1807 по 1823 годы, которые показывают, насколько твердо в начале своей монашеской жизни братья Путиловы следовали старческим наставлениям.
Статьи, написанные известными исследователями, знакомят читателей с историей русского монашества в первой половине XIX века и с духовной биографией преподобного Моисея.
В публикации иеромонаха Диомида (Кузьмина) впервые вводится в научный оборот факт и обстоятельства первого пострижения Тимофея Путилова в рясофор в 1809 году в Свенском монастыре, участие в его судьбе старца Василия (Кишкина), а также и второго пострижения его в мантию в лесной пустыньке 24 августа 1819 году, когда на сороковой день по кончине старца Феофана (Талунина) собрались рославльские старцы. Как писал старец Моисей: «помянул и я, окаяннейший, дни древние своей слабой жизни и лета вечная помянув, пришел в желание себе истинного образа, к которому еще поощрился, и от старцев <…> Между собеседованием их внушилось им предложить мне, грешному, о принятии душеспасительного таинства пострижения. Я, имевши расположенное к тому сердце, счел их слова за глас Божий, призывающий меня к обновлению жизни — тотчас с радостию представил им себя согласным, — а они сие еще подтвердили тем, что теперь приятный к тому случай, для чего и расположились пребыть у нас три дня, между тем, что было нужно поизготовили, и отправя заупокойную службу сорокоуста, который пришелся в субботу августа 23-го ч<исла>, меня в воскресенье, во время часов, удостоил Отец Небесный человеколюбивого приятия Своего — по чину как должно постригли в мантию. — Слава Богу о сем! Имя нарекли по чувствованию отцов, Моисей».
Старец Моисей чтил память своей первой духовной наставницы всю жизнь. По благословению преподобного Моисея имя старицы Досифеи внесли в общебратственный помянник Оптиной пустыни и молились о ней за каждым богослужением. Эта традиция возобновлена и в наше время.
Архивные исследования о связях двух монастырей продолжаются. Новое совместное издание, а также новые архивные находки были представлены 6 февраля 2024 года в Московском Иоанно-Предтеченском ставропигиальном женском монастыре на Всероссийской научно-практической конференции «История Московского Ивановского монастыря XIX-XX вв.».