Аудио-трансляция: Казанский Введенский

Бо­го­муд­рые от­цы на­у­ча­ют нас всег­да и во всем луч­ше се­бя уко­рять и во вся­ком неп­ри­ят­ном слу­чае на се­бя воз­ла­гать ви­ну, а не на дру­гих.– Тог­да и об­ря­щем по­кой и мир ду­шев­ный и удер­жим­ся на ис­тин­ном пу­ти спа­се­ния.

прп. Амвросий

Ра­дость бы­ва­ет в нас от час­то­го па­мя­то­ва­ния о Бо­ге, по пи­сан­но­му: по­мя­нух Бо­га и воз­ве­се­лих­ся (Пс. 76, 4).

прп. Антоний

На­чи­нать долж­но с бла­го­да­ре­ния за все. На­ча­ло ра­дос­ти – быть до­воль­ным сво­им по­ло­же­ни­ем.

прп. Амвросий

Слушаться «легче»

Из переписки К. Н. Леонтьева и С.Ф. Шарапова:

Года три тому назад умерла одна женщина, которая семь лет прожила у меня в доме экономкой (в Москве). Она была несравненно богомольнее меня, хотя была мне ровесница и телесно много слабее меня; не зная грамоты, она в церкви была так внимательна, что знала наизусть целые отрывки из акафистов, канонов и т. д. Говела, конечно; но «руководителя совести» не имела (а я из Москвы письменно во всех сомнительных случаях обращался к отцу Амвросию). Однажды она говорила со мной о некоторых своих скорбях, и я сказал ей: «Отчего ты здесь, в Москве, не отыщешь себе хорошего священника для постоянных советов?» Она засмеялась и сказала очень мило и откровенно: «Боюсь! Я прежде ходила к ним. Да мне так-то труднее было; а теперь мне кажется, что я все хо­рошо делаю!» <> Той женщине казалось легче без старца (она была бесхарактерна и легкомысленна, даже и в старые года).

А я знаю одну монахиню, жившую около Оптиной, чтобы не расставаться с отцом Амвросием... Она не раз говорила мне: «На свою совесть полагаться — это ужасно! » Женщину эту я знал с детства ее (она мне родственница); характер у нее и обидчивый донельзя, и гордый, и властолюбивый, и хотя она благородна и иногда очень добра, но у нее всегда было мало естественной любви к людям. Но отцу Амвросию она лет 12 тому назад отдала свою волю сразу и навсегда. Характер ее мало исправился, но подчинение самое преданное (и духовно-страстное даже) она выдержала до конца.  Ей так было легче.

И я сам, хотя далеко не был сердцем так привязан к отцу Амвросию, но в течение 17 лет (с 1874 года) сначала менее, а потом все более и более слушался его.

И мне так было легче.

Из книги монаха Арсения (Святогорского) «Аскетизм»