Пять лет со дня преставления отца Илиодора
26 октября 2025 года, в праздник Иверской иконы Божией Матери, исполнилось пять лет со дня кончины иеродиакона Илиодора (Гайриянца). На его могиле была отслужена панихида, которую возглавил Наместник Оптиной пустыни епископ Можайский Иосиф в сослужении монастырского духовенства и многочисленных гостей, приехавших почтить память почившего. Атмосфера была по-пасхальному светлой, радость общей молитвы согревала всех собравшихся. После панихиды, по традиции гостеприимства, которую так ценил сам отец Илиодор, всех угощали горячим чаем и сладостями.
Отец Илиодор, в миру Георгий Гайриянц, родился в Баку 23 июня 1947 года. Он был человеком многогранным и талантливым: занимался живописью, прекрасно играл на фортепиано, писал стихи и песни. Его жизнь круто изменилась в 1985 году, когда он впервые переступил порог храма. В Троице-Сергиевой Лавре ему, еще не воцерковленному, подарили переписанный от руки молитвослов. Так начался его духовный путь.
Четыре года он нес послушание в Лавре, а затем, по благословению своего духовного наставника архимандрита Кирилла (Павлова), приехал в только что открывшуюся Оптину пустынь. Здесь он принял постриг с именем Илиодор и был рукоположен в иеродиакона.
На протяжении тридцати лет отец Илиодор был для тысяч паломников «визитной карточкой» Оптиной пустыни, ее бессменным «привратником», встречавшим у Святых врат. Человек кипучей энергии, он сочетал в себе строгость и всеобъемлющую любовь Христову. Будучи иеродиаконом, он стал духовным наставником огромного количества православных христиан – священников, монахов, мирян. Каждый прихожанин обители знал этого энергичного большеглазого человека, всегда окруженного народом, всегда спешащего кому-то помочь: накормить, разместить на ночлег, сказать слово поддержки, да и просто выслушать все, что накопилось на сердце. Это был душевно щедрый человек, полный доброты и тепла. Его служение было полным самопожертвованием: он не щадил себя, всего себя отдавая послушанию и людям, которые нескончаемым потоком шли к нему с просьбой о помощи.
Старец схиархимандрит Илий (Ноздрин) очень точно охарактеризовал его служение: «Отец Илиодор оставил в нашем монастыре заметный след. Он был истинно православным христианином, подвижником, очень ревностным. Не щадил себя и всей душой радостно служил Богу и людям. За его труды Господь наградил его большой любовью народа».
Отец Илиодор стал основоположником новой оптинской традиции: пения Акафиста Божией Матери. На протяжении многих лет после праздничных богослужений в храм собирались люди, где он ждал их с нотами и распечатками слов. Акафист обязательно заканчивался пением «Агни Парфене» – гимна Богородице, на славянском и греческом языках. Причем греческий текст по его благословению был старательно написан русскими буквами.
Отошел ко Господу отец Илиодор в день Иверской иконы Божией Матери, которую особенно почитал. А сороковой день его кончины пришелся на главный праздник обители – Введения во храм Пресвятой Богородицы.
Пять лет – время, достаточное для того, чтобы образ подвижника стал лишь объемнее и глубже. Народная память и любовь к отцу Илиодору живы, а почитание все ширится.
Знаменательной вехой в почитании подвижника стала вышедшая недавно книга издательства Оптиной пустыни «Авва, помолись». В ней около 80 человек – от архимандритов до простых прихожан – делятся воспоминаниями о незабываемых встречах с отцом Илиодором. На ее страницах запечатлены его неповторимое живое слово и рассказы о его помощи, которая не прекращается и поныне.
Вот как сам отец Илиодор вспоминал свой первый приезд в Оптину – этот рассказ вошел в новую книгу:
«Приехал я в Оптину – полная разруха. Никакого настроения. Ни кола, ни двора. Ничего нет. Как будто мессершмитты бомбили два месяца. Ничего – ни забора, ничего нет: проходной двор. Думаю: “Что такое? Какой это монастырь после Лавры? Где тут монастырь?! Разве это можно восстановить?” Не встретил я там ни одного монаха. Обрадовался и подумал: “Надо скорее уезжать”. Вернулся в Лавру подавленный. Пошел с отчетом к отцу Кириллу:
– Не хочу туда. Ну как? У кого я там окормляться буду?
– Ничего-ничего, езжай. Там батюшка Илиан есть.
У меня тогда машина была, и я снова в Оптину двинулся. Приехал, оставил свой “экипаж” неподалеку, иду и думаю: “Вот те монастырь! С кем же тут общаться? И чего тут делать?” А тогда только один Введенский храм был, я застал то время, когда мы оттуда станки вытаскивали. И там маленький придел был – святителя Николая. Смотрю: оттуда старичок выскакивает. Я на него смотрю, про себя думаю: “Откуда такой старчик?” А он так – раз – “запеленговал” меня, он же читает мысли – “пеленгует”. А я: “О, старец! А может, это Илиан? Ну, если это Илиан, тогда я останусь!” Так я решил. И я так шаг ускоряю. Подбегаю к нему и говорю:
– Батюшка, вы Илиан?
Он:
– Ну да, я!
– А я – я Георгий!
Он:
– Да? Молодец!
– Меня батюшка Кирилл к вам послал.
– Хорошо!
– Я к вам в Оптину. А вы возьмете меня к себе?
– Возьму!
Я прямо так обрадовался! Такая благодать от него исходила! И я уже на крыльях в Лавру лечу! Отец Кирилл спрашивает:
– Ну что?
Я ему:
– Хорошо!
Он улыбнулся:
– Ну вот видишь!»
Вот так, несмотря на полную разруху, он остался в монастыре навсегда. Он нашел своего старца – и этой встречи оказалось достаточно, чтобы на этом месте служить Богу и ближним всю оставшуюся жизнь.
Прошедшие годы укрепили нашу уверенность в том, что у обители и у всех, кто помнит и молитвенно почитает отца Илиодора, появился новый дерзновенный молитвенник пред Престолом Божиим. Молясь о его упокоении, мы обращаемся к Царице Небесной, веря, что Она взяла под Свой покров инока, посвятившего свою жизнь служению Богу и ближним. «Радуйся, благая Вратарнице, двери райския верным отверзающая!»
Вечная память приснопоминаемому иеродиакону Илиодору!
