Православное паломничество
Летом традиционно возрастает число паломников, стремящихся помолиться в святых местах, поклониться святыням, приготовиться к более внимательной исповеди у монастырского духовника, пожить хотя бы несколько дней наедине со своим сердцем и мыслями, оторвавшись от суеты бетонного мегаполиса.
Традиция православного паломничества укоренилась в народе еще в Древней Руси. В «Житии преподобного Феодосия Киево-Печерского» упоминаются странники-паломники. В житии читаем, что будущий святой «подойдя к ним, поклонился, поприветствовал их сердечно и спросил, откуда они и куда идут. Они же отвечали, что идут из святых мест и снова, по Божественному повелению, хотят туда возвратиться». В «Житии и хождении игумена Даниила из Русской земли», написанном в ХII веке, игумен Даниил, побывавший на Святой Земле, описывал святые места Палестины.
Преподобный Иларион Оптинский, благословляя благочестивых паломников, говорил своим духовным чадам: «Можно ли оставить без участия и помощи добрые души людей, с чистым усердием и любовью стремящихся к Богу. Смотря на них, невольно радуется дух: что их всех заставляет идти сюда за сотни верст? Иные оставляют семейства, малолетних детей на чужих руках и отправляются, находя себе здесь от мирских забот и попечений духовное утешение и отраду. Ни недосуг, ни непогода – ничто не останавливает их и не препятствует благой их цели; ради душевной пользы самый даже путевой труд служит им в утешение. Да, слава Богу, есть и в наше время истинные рабы Божии, ищущие душевной пользы и спасения. Даруй, Господи, чтобы все они, по вере их, достигли своей цели и, возвращаясь от нас с назиданием душевным, выносили чистые мысли, святые желания для совершения добрых дел, прославляя Бога, подающего нашему скудоумию слово к душевной их пользе».
Хорошо известно, с каким чувством благоговения, внутренней сосредоточенности и радости совершал паломничество в Оптину пустынь Николай Васильевич Гоголь.
В июне 1850 года Гоголь вместе с Михаилом Максимовичем отправились в Малороссию. 13 июня выехали из Москвы, вечер провели в Подольске, где встретили поэта-славянофила Алексея Хомякова с супругой. 15 июня ночевали в Малом Ярославце, утром отстояли молебен в Николаевском монастыре, настоятель которого преподобный Антоний (Путилов) напоил их чаем и благословил каждого финифтяным образком Николая Чудотворца. 16 июня провели в Калуге, днем обедали у Александры Осиповны Смирновой, супруги калужского губернатора, где Гоголь говорил о своем намерении «проездиться по России». Из Калуги отправились в Оптину пустынь. Последние две версты до монастыря Гоголь со своим спутником прошли пешком, как и полагается паломникам. По дороге встретили девочку с мисочкой земляники и хотели купить у нее ягоды. Но та, видя, что они люди дорожные, не захотела взять денег и отдала землянику даром со словами: «Как можно брать со странных людей».
Эти слова поразили Гоголя. «Пустынь эта распространяет благочестие в народе», – сказал писатель.
Бывший спирит В.П. Быков после посещения русских обителей вернулся к вере, как он писал, «не в заграничной поездке, не благодаря бездельному шатанию по всему свету, а только исключительно благодаря тому, что я <…> пошел на поклонение дивным православным святыням, и в оазисе, освежающем человеческую душу, возрождающем ее, – в Оптиной пустыни, среди старцев получил окончательное исцеление и навсегда».
Старцы Оптиной пустыни умиротворяли души, врачевали духовные язвы, давали людям духовную опору.
Известный чаеторговец, благотворитель Оптиной пустыни и Шамординской обители Сергей Васильевич Перлов вспоминал о своей первой встрече со старцем Амвросием: «Около хибарки старца по обыкновению толпился народ. Необычайность обстановки заинтересовала москвича, и он остановился в толпе. Особенное его внимание привлек мальчик лет 10-ти, стоявший поодаль с какой-то старушкой. Из разговора с мальчиком Сергей Васильевич узнал, что у ребенка умерла мать, и он пришел со своей бабушкой к отцу Амвросию издалека.
– Зачем же ты пришел к отцу Амвросию? – спросил Сергей Васильевич мальчика. – Ты хочешь просить у него помощи?
– Вовсе не за этим мы пришли, – сказал обиженно мальчик, – у меня умерла мать, и мы с бабушкой пришли спросить батюшку, как нам теперь жить?
Эти вдумчивые слова десятилетнего ребенка глубоко запали в душу Сергея Васильевича.
– Идут за сотни верст к монаху узнать, как им жить, – значит они уверены, что он знает это...
Побывав сам у батюшки Амвросия, Сергей Васильевич уж больше не удивлялся этому, – он с той поры и сам стал всегда спрашивать у старца “как жить?”»
Духовный писатель и ученик старца Амвросия Евгений Поселянин вспоминал: «Меня поразила его святость и та непостижимая бездна любви, которые были в нем. И я, смотря на него, стал понимать, что значение старцев – благословлять и одобрять жизнь и посылаемые Богом радости, учить людей жить счастливо и помогать им нести выпадающие на их долю тягости, в чем бы они ни состояли».
Тысячи людей получали утешение и поддержку в келье старца Амвросия. Одна его духовная дочь вспоминала: «Как радостно забьется сердце, когда, идя по темному лесу, увидишь в конце дорожки скитскую колокольню, а с правой стороны убогую келейку смиренного подвижника! Как легко на душе, когда сидишь в этой тесной и душной хибарке, и как светло кажется при ее таинственном полусвете. Сколько людей перебывало здесь! И приходили сюда, обливаясь слезами скорби, а выходили со слезами радости; отчаянные – утешенными и ободренными; неверующие и сомневающиеся – верными чадами Церкви.
Здесь жил “Батюшка” – источник стольких благодеяний и утешений. Ни звание человека, ни состояние не имели никакого значения в его глазах. Ему нужна была только душа человека, которая настолько была дорога для него, что он, забывая себя, всеми силами старался спасти ее, поставить на истинный путь. С утра и до вечера, удрученный недугом, Старец принимал посетителей, подавая каждому по потребности. Слова его принимались с верою и были законом. Благословение его, или особое внимание, считалось великим счастьем; и удостоившиеся этого выходили, крестясь и благодаря Бога за полученное утешение».
Отправляясь в паломничество, настроим свое сердце на встречу с Господом, о чем хорошо написал поэт Александр Солодовников:
Смотреть на мир – как это много!
Какая радость без конца!
Смотреть на мир и видеть Бога,
Непостижимого Отца.