«Пусть прославляет Бога…»
О схимонахе Феодосии (Ширнине)
Оптинское братство включало многих незримых миру подвижников, душа которых была открыта только Господу и их духовникам. Лишь некоторые свидетельства, сохранившиеся для нашего назидания и вразумления, приоткрывают нам их внутренние подвиги.
В 1891 году в возрасте 37 лет в Оптину пустынь поступил мещанин Федор Васильевич Ширнин из города Раненбурга Рязанской губернии. Спустя короткое время был пострижен в рясофор.
В конце 1893 года он тяжело заболел, о чем впоследствии записал в своей тетрадке: «1893 года, декабря шестадцатого дня, Господь посетил меня болезнью, и я сделался жестоко болен инфлюэнцей. Лечил меня врач Оптиной пустыни отец Димитрий; 18-го декабря вечером я сделался очень слаб. В это время меня посетить зашел иеромонах отец Варлаам; пришел и врач отец Димитрий, который стал меня спрашивать о здоровье и начал мне примачивать голову эфиром. Тут я почувствовал во всех членах онемение, и в мгновенье кровь моя совершенно застыла, и я сделался недвижим. И вот, слышу, кто-то говорит:
– Не бойся, ничего не страшись!
В это время сделался страшный и непонятный шум и стук, как от множества едущих по каменной мостовой экипажей, и кто-то тут же ударил меня по голове каким-то орудием так сильно, что душа моя в один миг вылетела из тела и увидела, что и покров моей кельи тоже слетел. И увидел я свое тело как какое-то брошенное платье. Тут под руки меня взяли двое монахов, один отец Варлаам, а другой неизвестный, оба в мантиях. Они подняли меня на воздух, и долго мы неслись в высоту. По всему воздушному пространству и на всем нашем пути мне ничего не было видно, но со всех сторон был слышен страшный шум. Определить его или применить к чему-либо земному никак нельзя, но только в это время душа моя трепетала.
И когда донеслись мы, казалось, до самого предела неба, тут нас внезапно облистал необыкновенно яркий свет, как бы луч какого-то ярчайшего солнца, бесконечно светлейшего нашего земного солнца. Это продолжалось только мгновение. И мы стали спускаться вниз. Но чудесное то осияние с такою силой запечатлелось в моей душе, что я от восторга во весь обратный путь книзу только и мог, что твердить:
– Слава Тебе, Господи! Благодарю Тебя, Господи! Ничего я плохого для себя не вижу.
И мы по воздуху опять спустились к моей келье. И вижу я, что над моей кельей, на воздухе, стоят некий муж и некая жена, но лиц их я не вижу. Когда же мы спустились в келью, то я увидал, что посреди нее на полу стоит гроб и в гробу мое тело. По сторонам гроба сидят два монаха. Один из них говорит:
– Что ж нам нужно теперь делать?
Жена, виденная мною, отвечает:
– Возвратите его, а болезнь оставьте ему: пусть прославляет Бога, как прославлял Его.
В это время я взглянул на северо-западную сторону и увидел провал земли и из него вылетает пламя и страшный дым. От страха я очнулся и увидел себя лежащим на койке, и около меня не было никого.
Богу одному известно, была ли в это время душа моя в грешном теле или это представлено было мне во сне, но как было от начала и до конца, говорю, что видел, и это сущая правда».
Как отмечает Сергей Нилус, хорошо знавший о. Феодосия, «видение его преобразовало последующую жизнь его и кончину: болезнь его была с ним неразлучной спутницей все дни его жизни, а жизнью своей он действительно славил Бога». Отец Феодосий регентовал на ранней литургии и на своем послушании действительно прославлял Бога.
По свидетельству писателя, отец Феодосий «много терпел скорбей и даже раз выходил из Оптиной, но вновь вернулся и дожил свой век благополучно в родном монастырском гнезде».
В монастырских документах отмечено, что, действительно, он покидал обитель с 15 декабря 1897 года по 5 июня 1898 года. Вернувшись в обитель, с христианским смирением переносил все скорби. 17 июля 1898 года был определен в обитель. 23 июня 1899 года пострижен в монашество.
Как свидетельствуют современники, «доброй и внимательной жизни был монах <...> Рода он был купеческого и годами нестарый – годам к пятидесяти пяти, не старше. Умер от какой-то хронической болезни сердца. Пред кончиной ежедневно причащался Святых Христовых Тайн».
Перед кончиной отец Феодосий сподобился принять схиму. Скончался схимонах Феодосий 8 марта 1910 года и был погребен с северной стороны Введенского собора.