Оптинский скитоначальник игумен Феодосий (Поморцев)
Ближайшим учеником о.Варсонофия, назначенным на его место скитоначальником и старцем оптинской братии, был о.Феодосий, сведения о житии которого немногочисленны. Из книги «Немноголетний старец» архимандрита Антония (Медведева) мы узнаем некоторые черты из жизни о.Феодосия. «Про него рассказывали, что он, любя читать акафист Божией Матери, желал знать его наизусть. И когда скончался его наставник, старец Феодосий, завернувшись в его одеяло, вдруг стал читать на память Богородичный акафист, получив этот дар, как Елисей с милотью Илииною». Из той же книги мы узнаем, что о. Варсонофий в день своего ухода в монастырь был произведен в генералы. Кроме того, там говорится о даре, который был присущ о.Варсонофию, – это дар исповедовать «так, что ни одна душа не отходила от него, не открывшись ему вполне, не оставив чего-либо невыясненным по неумению высказаться или по забывчивости». Это был дар необычайной прозорливости.
О.Феодосий, будучи духовным сыном старца Варсонофия, был его же духовником. Однажды приходит о.Феодосий к старцу: «Батюшка, вот к вам ваш сынок пришел!» - «Какой он мне сынок, - возразил, улыбаясь, старец, - мы с ним ровня». Улыбнулся и сам о.Феодосий. Оба они знали, что он был именно «сынком» и относился к старцу с младенческим смирением.
Подобно своему старцу, о.Феодосий обладал редким даром рассуждения. Так же, как и он, о.Феодосий отдавал много времени интеллигентной молодежи. И.М.Концевич присутствовал при том, как о.Феодосий поучал молодых художников, наставляя их против модернизма в живописи. Среди них был молодой Бруни.
Следующие рассказы характеризуют отношение старца Феодосия к подчиненным ему скитским братиям. Надо сказать, что мать его, схимонахиня Анна, была похоронена на скитском кладбище. У братии сложилась вера, что мать Анна имеет дар смягчать гнев своего сына в случае провинностей… Поэтому они ходили на кладбище молиться на ее могилу. Однажды скитоначальник сильно пробрал за какую-то вину одного из братий. Тот бросился на кладбище просить заступничества у монахини Анны. Возвращаясь оттуда, он встретил только что прогневанного начальника. «Где ты был?» - строго спросил его о.Феодосий. «У матушки Анны», - сказал испуганный брат. О. игумен зорко на него посмотрел, осенил его крестным знамением и пошел молча дальше. О провинности брата он больше не упоминал и вернул ему прежнее благоволение.
В другой раз сильно провинился другой скитский монах. О.Феодосий сделал ему строгое внушение. Виноватый брат всю ночь не спал, размышляя, как ему вымолить прощение. Вдруг под утро дверь его открывается, и к нему входит сам скитоначальник. Не успел испуганный монах вскочить со своей кровати, как старец упал ему в ноги, прося прощение. Монах так и обомлел! Оказалось, что батюшка, заметив горе его и раскаяние, сам не спал всю ночь, жалея его и упрекая себя в чрезмерной строгости.
…С виду высокого роста, полный, тихий и сосредоточенный, о.Феодосий считался мудрецом. Говорил басом, был смуглый, с проседью. Когда-то он был келейником у старца Нектария. К нему мало людей ходило. Тяжело переживая революционное лихолетие, доставшееся на долю его скитоначальничества, он скончался в 1920 году.
Из книги И.М.Концевича «Оптина Пустынь и ее время»