«Держитесь твердо Православия» ко дню памяти преподобного Нектария Оптинского
2018 год для России — год памяти, скорби и покаяния, — 100-летие со дня расстрела царской семьи. В ночь с 16 на 17 июля 1918 года в Екатеринбурге в подвале дома горного инженера Николая Ипатьева были расстреляны российский император Николай II, его жена императрица Александра Федоровна, их дети — Великие княжны Ольга, Татьяна, Мария, Анастасия, наследник цесаревич Алексей, а также лейб-медик Евгений Боткин, камердинер Алексей Трупп, комнатная девушка Анна Демидова и повар Иван Харитонов.
Задолго до трагедии Русской революции в стихотворении «Предсказание» (1830) М.Ю. Лермонтов написал поистине пророческие строки:
Настанет год, России черный год,
Когда царей корона упадет;
Забудет чернь к ним прежнюю любовь,
И пища многих будет смерть и кровь…
Бунтарские умы, забывшие страх Божий, грезили о смене государственного строя, о мнимых преобразованиях, потопленных в крови. Убийство помазанника Божия мыслилось ими как основание для нового, земного царства мнимой свободы, равенства и братства.
Последний соборно избранный Оптинский старец Нектарий (1853–1928), ставший современником революционного переворота, как и многие его великие современники, — святитель Феофан Затворник, святой праведный Иоанн Кронштадтский, — предупреждал о грядущих испытаниях для России, призывая хранить веру предков.
Многие духовные чада спрашивали старца:
— Что же нас ожидает?
Старец Нектарий отвечал:
— Святой Серафим предвидел революцию и церковный раскол, но говорил: «Если в России сохранится хоть немного верных православных, Бог помилует ее», — а у нас такие праведники есть. Над человечеством нависло предчувствие социальных катастроф. Все это чувствуют инстинктом, как муравьи. Но верные могут не бояться, их оградит благодать. В последние времена с верными будет то же, что было с апостолами перед Успением Богоматери. Каждый верный, где бы он ни был, на облаке будет перенесен в ковчег-Церковь. Только те, кто будет в ней, спасутся.
И не раз повторял: Держитесь твердо Православия…[1]
Духовному взору старца было открыто, что «тяжелое время наступает теперь»[2].
В 1910 году писатель Сергей Нилус записал со слов старца его сон:
— «Вижу я огромное поле, и на поле этом происходит страшная битва между бесчисленными полчищами богоотступников и небольшой ратью христиан. Все богоотступники превосходно вооружены и ведут борьбу по всем правилам военной науки, христиане же безоружны. Я, по крайней мере, никакого оружия при них не вижу. И уже предвидится, к ужасу моему, исход этой неравной борьбы: наступает момент конечного торжества богоотступнических полчищ, так как христиан почти уже не осталось. По-праздничному разодетые толпы богоотступников с женами и детьми ликуют и уже празднуют свою победу... Вдруг ничтожная по численности группа христиан, между которыми я вижу и женщин и детей, производит внезапное нападение на Божиих противников, и в один миг все огромное поле битвы покрывается трупами безбожной рати, и все неисчислимое скопище ее оказывается перебитым, и притом, к крайнему моему удивлению, без помощи какого бы то ни было оружия. И спросил я близ стоящего от меня христианского воина:
— Как могли вы одолеть это несметное полчище?
— Бог помог! — таков был ответ.
— Да чем же? — спрашиваю. — Ведь у вас и оружия-то не было.
— А чем попало, — ответил мне воин. На этом окончилось мое сновидение[3].
Именно вера, искренние молитвы и глубокое покаяние спасет Россию.
О будущем России старец Нектарий предсказывал, что через годы испытаний она воспрянет и будет материально небогата, но духом будет богата и в Оптиной будет еще семь светильников, семь столпов.
В годы лихолетий веру в будущее России хранили в сердцах и ее верные сыновья. В самый разгар революционного террора, в 1920 году, перед изгнанием на чужбину ныне незаслуженно забытый поэт и офицер Белой армии Сергей Сергеевич Бехтеев (1879–1954) писал:
Свечу пудовую затеплив пред иконой,
Призвав в слезах Господню благодать,
Начнет народ с покорностью исконной
Своих Царей на службах поминать.
[1] Житие оптинского старца Нектария. Изд. Введенской Оптиной Пустыни, 1996. С. 126–127.
[2] Там же. С. 123.
[3]Там же. С. 121–122.