Аудио-трансляция: Казанский Введенский

Сколь­ко долж­но про­лить по­ту, упот­ре­бить тру­дов и пре­тер­петь ли­ше­ний, бо­лез­ней, пе­ча­лей и воз­ды­ха­ний для при­об­ре­те­ния се­бе веч­но­го по­коя на не­бе­си! А мы ду­ма­ем, ле­жа­чи на бо­ку, т.е. с мяг­кой пос­те­ли, и пос­ле рос­кош­ной жиз­ни, да и в Царство Не­бес­ное!

прп. Антоний

Будь вни­ма­тель­ней к сво­е­му спа­се­нию, по­ка есть день, т.е. на­до се­бя вся­чес­ки по­нуж­дать на вся­кое доб­рое де­ло, пов­то­ряю: по­нуж­дать на­до се­бя, ибо нужд­ни­цы по­лу­ча­ют Не­бес­ное Царство.

прп. Иосиф

Ду­шу спас­ти – не ла­поть сплес­ти.

прп. Лев

Пятая заповедь

Пятая заповедь о почитании родителей: «Чти отца твоего и матерь твою, да благо тебе будет, да долголетен будешь на земле» (Исх. 20, 12), — была дана Господом Моисею на горе Синай, где Господь начертал заповеди на двух каменных скрижалях.

Когда Моисей, после сорокадневного пребывания на горе, спустился со скрижалями в руках и увидел, что его народ, забыв об истинном Боге, отлил себе тельца из золота и поклоняется ему, то он в гневе разбил скрижали о скалу. После раскаяния всего народа Бог повелел Моисею вытесать две новые каменные скрижали и принести Ему для повторного написания Десяти заповедей.

Первые четыре заповеди говорят об отношениях человека к Богу. Шесть других — об отношениях человека к человеку. Грех непочтения к родителям есть великий грех. По законам Ветхого Завета, злословящий отца или мать, наказывался смертью.

Пятая заповедь — единственная, в которой Господь обещает человеку великую награду за исполнение этой заповеди уже в нынешней жизни — «да благо тебе будет, да долголетен будешь на земле».

У известного церковного писателя и духовного чада преподобного оптинского старца Амвросия Евгения Николаевича Поселянина (1870–1931) был товарищ, который попросил у старца совета относительно почитания родителей.

Е. Н. Поселянин

Поселянин впоследствии записал свой разговор со старцем Амвросием, который вошел в составленное им жизнеописание старца.

«Один мой товарищ, не чувствовавший душевной близости к своим родителям и смущенной этим, попросил меня рассказать об этом старцу. Старец на это ответил мне: 

— Прочти пятую заповедь.

— Чти отца твоего и матерь твою, — стал я читать, удивленный, и говоря себе: «Он и без отца Амвросия знает эту заповедь, и ее-то неисполнением и тяготится!»

— Повтори еще, — сказал отец, когда я прочел заповедь.

— Чти отца твоего и матерь.

Прп. Амвросий

— Повтори первое слово.

— Чти.

— Так что же сказано?

— Что надо почитать. 

— Так вот, так и передай твоему приятелю. Если он почитает родителей, почтителен к ним. Заботится о них. 

— Он не может заботиться, — вставил я, — они очень богатые.

— Я не о том. А вот чтобы быть с ними, когда они этого захотят, не избегать их общества, почитать им иногда что-нибудь, слушаться их. Ведь они не требуют от него ничего невозможного?

— Да, но они люди разных миров. У них интересы разные. 

— Это ничего не показывает. Можно заниматься своими делами, не забывая родителей и не требуя, чтобы они интересовались непременно его интересами. Да он сам поймет, в чем состоит приказание «чтить». И если он это исполнит, он может быть покоен».