Неделя о блудном сыне
Во имя Отца, и Сына, и Святаго Духа! За две недели до Великого поста Святая Церковь предлагает нам притчу о блудном сыне. Мы как будто бы хорошо знаем слова этой притчи, но, к сожалению, очень часто забываем о её глубинном смысле, как и многое из того, что говорится в Евангелии. Потому что, как сказал преподобный Макарий Египетский, что три исполина борют душу человека: это уныние, забвение и нерадение. Так забвению предаётся всё, что не воскрешается в памяти вновь и вновь.
И вот премудро устроено Господом, чтобы мы повторяли эти чтения, совершая этот круг богослужебный. По мысли одного из святых отцов, что даже если бы всё Евангелие каким-то непостижимым образом исчезло, но сохранилась только эта притча о блудном сыне, то и её было бы достаточно для обращения заблудшего грешника и познания великого милосердия Божия к человеческому роду.
В ней скрыто очень и очень много. Конечно же, это притча о возвращении отступившего от Бога человека, о возвращении к Небесному Отцу. И это не только впервые обращающийся к Богу человек, потому что эти отпадения может испытывать и верующий христианин, и церковный человек, в большей или меньшей степени отступая от Бога. Все мы погрешаем. Все мы так или иначе прогневляем божественную благость. Так или иначе восстаём на своего Творца, требуя от Него достойную часть имения.
Одновременно это и иллюстрация к современной жизни. Потому что современные молодые люди, будучи просвещены, в кавычках, средствами массовой информации, что они должны разорвать все божественные законы, все узы, которыми связывает их нравственный закон, чтобы оказаться опутанными с ног до головы этими узами греха, этими греховными путами, путами страстей, в которые они с такой лёгкостью и впадают в современном мире. Отказываясь и от Отечества Небесного прежде всего, но и от отцовства земного, порой восставая на своих родителей, чему примером служит так навязчиво внедряемая в наше время с Запада ювенальная юстиция.
Для нас с вами это притча о милосердии Божием, потому что все мы, погрешая перед Богом, в большей или меньшей степени восстаём на Творца, требуя от Него дать нам достойную часть имения. И Бог, наш Отец, будучи кротким и милосердным, не связывая нашей свободы, уважает этот великий дар свободы, который Он нам дал, уподобляя Себе, нас с вами. Даже в этом нашем безумии не связывает нашей свободы и даёт этому сыну, обезумевшему, достойную часть его имения.
Этому сыну кажется, что он сможет быть самостоятельным, сам построить свою жизнь, распорядиться тем, что он имеет так, как он хочет, забывая о том, что, утрачивая связь со своим отцом, лишаясь родительского покрова, его опёки, он подвергает себя колоссальным рискам, даже в земной жизни. Но в жизни духовной, как только мы выходим из-под покрова Небесного Отца, мы тут же оказываемся под тиранией дьявола. Не бывает какого-то иного третьего состояния. Но дьявол, будучи хитрым и ловким, не даёт сразу осознать тот духовный голод, который наступил потом. Двигаясь ещё по инерции, выйдя из отчего дома, как бывает и с душой любого отступившего от Бога грешника, человек ощущает ещё некую благодать Божию, некие божественные дары, считает, что всё у него в порядке, что он в состоянии сам владеть собой, распоряжаться этим божественным достоянием, которое ему Богом дано.
Но дьявол уступает ему, пытаясь заманить его, показывая ему какие-то его успехи и удачи, чтобы всё дальше и дальше завести его в это непроходимое и беспролазное болото.
И вот этот человек, живя распутно, расточает всё своё имение, как расточает и всякий грешник все божественные дары: и дары духовные прежде всего, и способности душевные, расслабляя свою душу, убивая свои таланты, свои способности души, какие-то естественные дарования. И даже физическое здоровье, чаще всего, тот, кто всерьёз начинает грешить, впадая в тяжёлые страсти, убивает себя и физически. Это мы знаем на примере сегодняшней жизни. Это и алкоголизм, и наркомания, и блудники, которые всерьёз предаются всецело распутству, теряют своё здоровье, и несчастные женщины, которые в этом распутстве убивают своих детей нерождённых, также лишаются потом физического здоровья. И игроки, которые запутываются с такой невероятной необратимостью, что порой жизнь их превращается в ад. Рушатся семьи, скрываются от тех, у кого они назанимали денег и так далее и тому подобное.
Но это и трагедия души каждого человека. Пусть даже мы не совершаем, казалось бы, каких-то чудовищных, больших грехов, и вроде бы всё в порядке, но на самом деле каждый из нас отступает от Бога. И вот перед началом Великого поста даётся нам возможность обратиться вновь ко Христу, увидеть благость нашего Небесного Отца, вспомнить, как это вспомнил грешник, который погибал уже от голода, который стал рабом, утратив свой дар свободы, рабом страстей, рабом греха, рабом дьявола. Как сказано, он «…пошел, пристал к одному из жителей страны той…» (Лк. 15:15), очевидно, к владычествующему демону в его душе, основной страсти, которая преобладала. Потому что страсти разные у нас бывают, и порой одна страсть всегда сильнее другой, какой-то власти подчинено всё. Кто-то очень любит осуждать, это, конечно, от гордости, и не в состоянии с этим справиться. Кто-то очень любит денежки и бывает таким очень-очень рачительным и аккуратным. Иной бывает гневлив, третий похотлив, кто-то выпить любит. Но так или иначе, у того, у кого страсть какая-либо преобладает, она, как правило, поглощает всё остальное, она отодвигает все остальные страсти на задний план. В какой-то момент, конечно, они могут сотрудничать эти демоны в душе человека, один другому помогая, но тот главный житель той страны, к которому прилепится этот человек, наша с вами душа, работая дьяволу, а не Богу, так или иначе возьмёт верх и будет угнетать этого человека, не давая ему даже этой свинской пищи, тех рожков, которыми питались свиньи, которых он пас.
И вот сын этот, который осознал благость своего отца, который дал ему имение, вдруг пришёл в себя. Как сказано, «Придя же в себя, сказал [он]…» (Лк. 15:17). Это необходимое условие обращения грешника – прийти в себя. Это дар божественной благодати, безусловно. Но человек должен осознать это, потому что иной приходит в себя, но менять ничего не хочет. Бывают и у него в душе эти божественные посещения, но он всё сам себе объяснил. У него есть на всё отговорки, какие-то, и самому себе эти отговорки, и объяснения для других, почему он так живёт. Он оправдал свои страсти, его всё устраивает. И это даже беспокойство в душе, и тот дискомфорт колоссальный, если это можно так сказать, на самом деле страдания души величайшие, он даже это пытается объяснить, всё сваливая на других. Все кругом виноваты: окружающий мир, родители, которые не так воспитали, непонимание близких людей, плохая жена, какие-то непонятливые дети, кто угодно: сотрудники, братья и сёстры во Христе, быть может, которые его не слышат и не понимают, и не ценят. Он всё себе объясняет, все свои страсти. Но главное, чего он не понимает, – это прийти в себя и осознать свою вину перед Богом. Как сказал этот сын: «…Сколько наемников у отца моего избыточествуют хлебом, а я умираю от голода; встану, пойду к отцу моему и скажу ему: отче! я согрешил против неба и пред тобою и уже недостоин называться сыном твоим; прими меня в число наемников твоих» (Лк. 15:17-19).
И дальше, что должен сделать человек? Это иметь решимость встать и пойти. И не только иметь решимость, но и реально встать и сделать этот шаг навстречу к Богу, дойти до храма Божиего, дойти до исповеди. Но прежде всего в своей душе прийти к Богу, потому что покаяние совершается не на исповеди, покаяние совершается в сердце человека, на каждом месте, на всякий час.
И вот в этом его стремлении раскаяться, в этом его смирении и уничижении, в котором он, признавая себя недостойным быть уже сыном своего отца, сыном Небесного Отца, отец, видя, что он действительно шёл ему навстречу, во образе которого есть Отец Небесный, выбежал вперёд навстречу ему и не укорил его, не сделал ему какие-то замечания, но, обняв, расцеловал его и сказал своим слугам: «…принесите лучшую одежду и оденьте его, и дайте перстень на руку его и обувь на ноги; и приведите откормленного теленка, и заколите; станем есть и веселиться! ибо этот сын мой был мертв и ожил, пропадал и нашелся…» (Лк. 15:22-24).
Но для нас интересно и поведение второго сына, старшего, который, как сказано, был верен своему отцу. Быть может, в этом образ в некотором смысле церковных людей, которые как будто бы тяжёлых грехов не совершают, трудятся ради спасения своей души, во всём пытаются угождать Богу, стремятся исполнять Его святые заповеди.
Но вот он приходит в дом и, подойдя к дому, слышит эти лики, пение, ликование и спрашивает, что там происходит, что это случилось. И говорят, что отец твой нашёл твоего брата здоровым, который пришёл. И вот по этому случаю теперь такое пиршество и радость в нашем доме. И что сказано? «Он осердился [старший сын]…» (Лк. 15:28). В нём тоже действуют страсти. И гнев, и укоризну отцу он высказывает, всё своё неудовольствие по поводу его поведения по отношению к младшему сыну. Уж он-то лучше Бога, своего Небесного Отца, знает, как нужно распорядиться с этим окаянным грешником, который так тяжко оскорбил его отца.
И в этом очень хорошая иллюстрация для нас с вами. В этом и зависть, потому что «…вот ему там закололи, а я столько лет тружусь и никаких возможностей на стороне повеселиться». В чём, собственно, тоже вопрос, почему же он не с отцом хочет веселиться, а с какими-то друзьями где-то на стороне. Это образ нашего с вами сознания церковного, потому что мы не осознаём, что мы братья и сёстры во Христе.
Ведь Господь не случайно называет этих двух сыновей сыновьями Божиими, хотя между ними огромная дистанция с момента того отпадения от Бога и этого, угождающего Богу каждый день. Всё равно они остаются братьями и сыновьями Своего Небесного Отца. И как бы тяжко ни согрешал наш собрат, мы должны уметь принять его покаяние, уметь принять то, что Бог его любит и прощает так же, как и нас. Потому что Господь нелицеприятен, Он взирает на сердце человека.
Суд человеческий всегда мстителен бывает, лицеприятен, но не таков суд Божий. Господь не хочет мстить человеку, Он хочет его спасти, хочет спасти каждого из нас, призывая нас к покаянию, чтобы мы стали вновь Его сыновьями, чтобы привлечь нас к этой вечной, блаженной жизни. Он ведёт нас к этому непостижимому состоянию души, именуемому блаженством, которое Он сотворил для вечного наслаждения человека. Поэтому Он хочет спасти каждого, спасти до ревности, до непостижимости, до самопожертвования, что явил Христос. Только бы ввести нас в рай.
Это непостижимо для нас, но это так. Поэтому мы не вправе быть строгими судьями по отношению к другим людям. А почему? А как имел право? Почему простили? Надо было ещё помучить. Пускай бы он поболел там, или его посмиряли. Господь являет Своё милосердие. Не будем строгими судьями, тем более не отталкивать тех, кто обращается к Богу, а помочь им обрести спасение своей души, обрести Небесного Отца и радоваться вместе с ликами ангелов об обращении даже единственного кающегося грешника. Потому что, если мы не радуемся покаянию другого человека, нашего собрата во Христе, пусть ещё не знающего вполне Бога, лишь смутно догадывающегося о том, об истинных верах, о подлинной жизни в Боге, мы должны радоваться, а не ревновать, потому что у Бога места хватит для всех. И то, что мы проявляем такой наёмнический и ревностный нрав, показывает, что мы не имеем Христа в своём сердце, мы не научились любить ближнего. И поведение этого верного старшего сына наводит нас на очень многие-многие мысли, в чём нам с вами нужно исправиться, церковным людям, для которых этот образ тоже сына является очень поучительным и назидательным.
И пусть не будем лицемерными, не будем как-то притворно что-то изображать в себе, но постараемся исправить свою жизнь пред Богом, вспомнить о благости нашего Небесного Отца, и перед этим грядущим Великим постом уготовить своё сердце к подлинному покаянию, к подлинным плодам изменения нашей жизни, покаянию в нашем с вами сердце.
И чтобы, взирая на нашего с вами Творца, Небесного Отца, иметь нам дерзновение встать и идти к Нему. Как бы ни были тяжки наши грехи, как бы ни скрывались наши беззакония и изъяны духовные, найдём в себе силы признать в себе это, не будем себя оправдывать, угождая тем самым дьяволу, оправдывать свои грехи. Найдём в себе силы для своего обличения, самоуничижения, признавая себя, что мы недостойны называться уже сыновьями, но, чтобы хотя бы наёмниками стать в дому Небесного Отца. Потому что именно этого устроения нашей души ожидает от нас Господь. И пусть в этом смирении мы нашли бы в себе силы встать и идти к Отцу, чтобы Он вышел навстречу нам и утешил нас, и облобызал теми духовными дарами, которые Он хочет даровать каждому из нас, кто ищет истинного своего спасения, нелицемерного во Христе Иисусе. Аминь. С Праздником!