Неделя 4-я по Пятидесятнице.
Владимирской иконы Божией Матери
Во имя Отца, и Сына, и Святаго Духа! В сегодняшний Воскресный день, дорогие отцы, братья и сестры, Святая Церковь предлагает нам повествование об исцелении отрока в дому капернаумского сотника. Как говорит нам Евангелие, что некогда приступил к Иисусу сотник. Это был римский офицер, возглавлявший сотню воинов римского войска, гарнизона римлян. И, по сути, он был захватчиком в этой земле, представителем поработивших Иудею римлян. Но тем не менее, в нём сочеталась благочестивая вера. Очевидно, он принимал ветхозаветный закон, читал Священное Писание и услаждался законом Божиим.
И вот этот сотник приступает с великим благоговением ко Христу. Он не просто просит об исцелении Христа, а лишь говорит как о самом себе с великой жалостью, с великим сожалением, обращаясь ко Христу: «...о́трок мой лежи́т в дому́ осла́блен, лю́те стражда́» (Мф. 8:6). Христос утвердительно говорит, отвечает ему, что: «...Аз прише́д изцелю́ его́» (Мф. 8:7). Тут открывается нам ещё большая глубина веры этого сотника, поскольку он говорит, что: «...я недостоин, чтобы Ты вошел под кров мой...» (Мф. 8:8). Но как я имею под собой воинов и даю разные повеления, они их выполняют, так и ты «...скажи только слово...» (Мф. 8:8). То есть, тем самым, он исповедует Божественное всемогущество. Он видит те чудеса Божии, которые творит Христос, и понимает, что не может человек творить таких великих чудес, если бы он не имел великой Божественной власти. И признавая в Нём эту Божественную власть, покоряясь ей, осознавая своё недостоинство, чтобы Христос-Бог вошёл в его дом, просит Его лишь Божественного повеления на то, чтобы исцелел его отрок.
И Христос говорит удивительные слова, что: «...и в Израиле не нашел Я такой веры» (Мф. 8:10). Этот офицер из языческого народа показал веру большую, чем у всех первосвященников, фарисеев, которые так кичились и своим благочестием, и своим знанием закона, и своей мнимой праведностью. Но в них не нашлось такой веры, потому что вера их во многом была мертва. Они веровали в Бога, но не хотели совершенно уверовать в Того, Кого послал Бог Отец ради спасения людей, Того, Кого так сильно ожидал весь еврейский народ – Мессию, Христа Спасителя. Большинство иудеев, особенно первосвященническая верхушка, фарисейская партия, они Его отвергли. И Христос произносит страшные слова, быть может, говоря о том, что: «...многие придут с востока и запада и возлягут с Авраамом, Исааком и Иаковом в Царстве Небесном; а сыны царства извержены будут во тьму внешнюю...» (Мф. 8:11-12).
Так происходит со всяким, кто не хочет покоряться Слову Божественного Евангелия. Так может произойти со всяким, кто лишь внешне надеется угождать Богу. Потому что Христос ищет веру в человеке, веру, которая переменила бы его жизнь. Веру не только какую-то внешнюю: мы якобы признаём, что Бог есть, – это ещё не есть вера. Вера в смысле Священного Писания есть стремление быть верным Богу, быть Его подлинным стяжанием, достоянием, чтобы принадлежать Ему. Только такая вера глубока и истинна. Та вера, которая проявляется во всех наших жизненных делах, во всём, в нашем облике, в наших словах, в наших поступках, в том духе, который мы несём. Потому что невозможно, чтобы вера не переменила человека, если она подлинна. И наша вера может расти и укрепляться, лишь бы мы хотели этого и просили об этом Бога. Потому что Господь хочет нас исторгнуть из этой тьмы, из этого мрака неведения, привести к Своему свету богопознания, свету благочестия, которое есть просвещение души. Но человек должен этого тоже захотеть. Потому что спасение человека при всём желании, при всей Божественной воле, невозможно без самого человека. Если человек не хочет спасаться, то Бог не может его спасти, потому что Он даровал нам свободу воли. Это Божественное дарование Он настолько уважает в человеке, что не приневоливает нас. И Он, как Божественная Личность, хочет, чтобы и мы, сотворённые Им как личности, в этой свободе научились Его свободно любить, свободно жертвовать собой, приникая к Нему всем своим существом. Он хочет именно этих отношений от нас, чтобы мы сами посвящали Ему свою жизнь, сами просили Его, пусть порой в детском лепете, в каком-то смущении, недоумении, но, чтобы мы научились доверять свою жизнь Богу.
И именно этого у нас с вами так часто не хватает, потому что нам хочется всё свести к механическим вычитываниям правил, к каким-то внешним постановлениям: делать так, не делать эдак. Как будто это и составляет сущность нашей веры. Это всё, конечно же, помогает нам с вами возрастать в благочестии, если мы к этому правильно относимся. Это всё как некие костыли, на которые нам удаётся опираться. Они поддерживают нас во внутреннем строе церковной жизни, духовной жизни. Но если эти костыли мы полагаем и опорки как сущность нашей веры, то она становится мёртвой и бессмысленной. Потому что эти костыли уже не опорой нашей являются, а они путаются у нас в ногах, не давая нам идти дальше.
Взирая на образ веры этого сотника, постараемся и мы отойти всё-таки от внешнего и углубиться во внутреннее. Если мы не будем следить за своим сердцем, за нашим отношением к ближним, за нашим отношением к Богу, осмысленностью, искренностью наших слов, дел, наших мыслей, то мы рискуем оказаться теми сынами Царствия, которые будут изгнаны вон в ту самую кромешную тьму, внешнюю тьму. Все мы из этой внешней тьмы израильского народа призваны к свету, став Новым Израилем. Но мы рискуем, если мы утратим сущность нашей веры, её глубину, её смысл, её содержание, служение Богу, в непрестанном хождении пред Его очами, в исправлении себя, в борьбе со страстями при содействии Божественной благодати. Эта тьма будет сгущаться всё более и более, как говорит об этом апостол Павел, пока не войдёт остаток Израиля и пока из язычников не прекратится спасение во Христе Иисусе. Тогда придёт кончина мира, тогда наступит конец этому земному бытию, когда из внешней тьмы перестанут люди приходить к свету.
И вот нам с вами даёт Господь этот урок, что и сыны Царствия, могут быть, ввергнуты в эту тьму. И не нужно кичиться своей православностью, своим происхождением, потому что всё это может быть мёртвым и совершенно бессмысленным, если наше Православие, наше христианство не проникает в наши с вами сердца. Если из нашей с вами жизни совершенно невозможно вывести наше христианство, и оно является тайной для окружающих нас с вами людей. Мы должны являть свет Христов миру, всем тем, кто находится рядом с нами. Если это не так, то нам стоит о многом задуматься и постараться во многом исправиться. В чём Господь да будет нам помощником в нашей с вами духовной, христианской, Православной жизни. Аминь. С Праздником!