Воскресная проповедь иеромонаха Силуана (Межинского)
Во имя Отца и Сына и Святаго Духа. Аминь. Дорогие братья и сестры, сегодня мы все с вами слышали Священное Cлово – Евангелие. И слышали мы о расслабленном притчу. Даже не притчу, а действие. И что же нам это говорит, это событие? Господь пришел в Капернаум и сотворил здесь три чуда. Первое чудо то, что Он так проповедовал о Себе, что весь город услышал эту проповедь. Второе чудо – это то, что Он исцелил расслабленного. А третье чудо, не менее важное, Господь сказал при всех: Возьми одр свой, и иди в дом свой; ибо прощаются тебе грехи твои. И этим самым Он возмутил архисинагога и всю власть священническую в этом городе. То есть, что Он сделал? Господь показал, что Он имеет власть на земле вязать и решить грехи человеческие. То есть Он показал, что Он действительно Бог, Истинный Бог на этой земле. И этим самым возмутил в людях очень страшный порок, который есть у нас, у большинства, – зависть.
Вот именно эта страшная, мерзкая, отвратительная змея, которая живет в человечестве, и корень ей не божественная энергия, а сатана. Вспомните Священное Писание, как написано: Смерть приидя на землю через дьявола. То есть зависть – это один из самых страшных, нет, самый страшный грех, который есть, самая страшная страсть, какая есть у человечества на земле. Можно представить все грехи, семь, как семиголовую гидру: гордость, чревоугодие, тщеславие, честолюбие, сребролюбие… Но все эти страсти – они как бы дают человеку, которые обладают им, они как бы некоторое успокоение дают. Допустим, блудливый удовлетворил свою страсть какую-то – радость имеет; сребролюбец, получив немножко золота, что-то себе имеет. И только зависть ничего себе не имеет, а, как у святых отцов написано, не умеет предпочитать полезное. То есть зависть не ищет себе ничего, а вот именно зависть – она как бы человеку дает утешение, плохому человеку, что кому-то плохо.
Вот преподобный Амвросий Оптинский говорил… Вспомните царя Ирода, почему он убил 14.000 Вифлеемских младенцев? Из-за зависти. Он узнал весть о том, что родился Христос-младенец, повелел Его убить, убил 14.000 младенцев, но Христа он не убил. Зато погубил свою душу. И еще батюшка Амвросий рассказывал такой страшный случай… Пришли к одному царю два человека, которые спорили о чем-то между собой. Сребролюбец и завистливый. И Царь, долго слушая их препинание, решил для себя выяснить, кто же из них страшнее. И он говорит: «Я даю вам повеление: вот тот, кто из вас пожелает чего-то, то другому даю возможность пожелать вдвое больше». И выпала очередь желать зла завистливому, и завистливый говорит: «Царь, повели мне выколоть один глаз». Тот спрашивает: «Зачем ты себе хочешь сделать такое страшное дело?» Он говорит: «Но ты же обещал, что если мне выколишь один глаз, то моему врагу ты выколишь два глаза, вдвойне больше». Насколько вот этот случай показывает, насколько зависть страшнее, чем что-либо. То есть зависть не имеет в себе выгоды.
И вот Святитель Григорий Палама, чью сегодня память мы совершаем, благочестивый юноша, уже 20 лет от роду оставивший мир, – вот что значит человек, который вырос в богобоязненной семье. Это, конечно, не призыв для всех, нет, но это пример тому, что молодой юноша, а то у нас многие считают, что только в старости надо прийти к Богу, прожив свою жизнь окаянно или неокаянно, и только в старости подумать о покаянии... Так вот, молодой юноша показал, что возгореться любовью к Богу, к Божественному, к Божеству, к Нетварному свету, к Фавору, к Блаженству вечному, можно еще с юности. И в этом задача родителей. И он так провел свою жизнь, что уже в 20 лет предложил своей семье – матери, своим братьям, своим сестрам – оставить мир и уйти служить Богу. И все его послушались: и мать, и братья, и сестры. Все пошли служить Богу в разных монастырях, всех он определил, всем он даровал возможность обрести вечное блаженство и спасение душ. А сам же потом стал епископом, стал человеком, который отстаивал со страстью, с силой, с божественной силой, веру Христову. И вот как раз зависть человеческая на нем очень сильно показала свою силу: cколько раз он был оболган, сколько раз попадал в плен к агарянам, и они даже не убили его, надеялись на выкуп… Но сам факт, что по зависти все это было сделано, по зависти человеческой хотели сделать ему зло… Но он все это претерпел.
И сколько он оставил нам трудов великих об обожении человека, то есть он как бы говорил в своих писаниях о Нетварном свете, о том, к чему приуготован каждый человек. Мы рождаемся в мир, мы знаем о том, что Спаситель пришел в этот мир, взял человеческое естество и возвел его на такую высоту. Если бы мы все понимали, что нам предопределено, мы совершенно по-другому бы жили. К самому престолу Божьему предуготовлено стоять нашим телам, все телам: и женщин, и мужчин. Там уже нет такого, что женщина – ребро мужчины. Там нет такого разделения – все пребывают перед Богом соответственно тому, кто как полюбил Бога здесь, на земле. Наше единственное здесь делание – это полюбить Бога всем сердцем, всей душой, всем помышлением своим. Да, мы ищем какого-то утешения на земле, но у истинного христианина не может быть утешения, пока он не обретет вечную жизнь, и единственное его утешение – только пребывание вместе с Богом там. Поэтому мы спокойно – настоящие христиане – спокойно переносим все тяготы этой жизни, потому что все это абсолютно временно. Христианин понимает, что все, что здесь находится, закончится рано или поздно, всему будет конец. Но в вечности не будет конец.
Вспомните, насколько зависть еще страшна, такой случай… Помните вы, наверное, такой случай, как богач просил Авраама, богач и бедняк, бедняк оказался на лоне Авраамовом, а богач просит: «Пожалуйста, спустись ко мне в ад и омочи там край своей одежды, дай мне попить, чтобы мне стало чуть-чуть легче». Но святитель Иоанн Златоуст пишет: он не просто просит, он даже вот здесь пребывает в великой зависти, он хочет, чтобы этот бедняк из спокойствия, из блаженства, спустился к нему в ад и хоть на мгновение почувствовал, какие же он муки испытывает. Ему отвечают: «Нет, он не может спуститься, между вами пропасть». Тогда он говорит: «Пусть он придет в мой дом, на землю…» То есть, опять же, по зависти он просит, это как раз не тот случай, что он хочет, чтобы его близкие на земле получили благодать, а он хочет, чтобы этот бедняк из блаженства вечного спустился на землю, в эту юдоль плача, и чтобы опять, хоть на мгновение, перестал ощущать это вечное блаженство. И это все зависть.
Разговаривая с солдатами, спрашивал молодых ребят, восемнадцатилетних, которые молодые, которые, вроде бы, мы считаем, что они ничего не умеют, не знают: «Ребята, а какие самые страшные два греха у нашего русского народа?» И мне ребята отвечают: «Зависть и жадность». То есть простые ребята, которые закончили школу, пришли в армию, они четко знают, вот если бы у нас не было этих двух страшных грехов – зависти и жадности, – был бы наш народ великим, могучим и непобедимым. И поэтому мы сами виноваты в том, что не всегда это у нас получается, что мы не такие. Мы становимся такими, только тогда, когда нас гнут, пнут, рвут – вот тогда мы начинаем, отбрасываем все, забываем про зависть, про жадность, сплачиваемся все вместе, и тогда нас ожидает победа.
Поэтому, чем быстрее мы все, христиане, забудем про зависть, забудем про страсти, забудем про взаимные обиды и простив их друг другу… Вот вспомните, в 1-м [послании] Коринфянам так и написано, что, если вы не прощаете друг другу грехи, Бог не простит [вам согрешений ваших]. Мы должны помнить об этом. Поэтому будем прощать друг другу и надеяться на то, что и Бог простит нам все наши прегрешения в Царстве Небесном, и вместе со всеми святыми, со святым Григорием Паламой, со всеми преподобным старцами Оптинскими, со всеми святыми, в мире просиявшими, обретем вечное спасение и вечную жизнь. Аминь.