Четверг первой седмицы Великого поста
Во имя Отца, и Сына, и Святаго Духа! Вновь, дорогие отцы, братья и сестры, пост, словно наш старый и добрый друг, принимает нас в свои дружеские любящие объятия. И мы, не видя его уже целый год, в силу суетности нашей жизни, очерствления нашего сердца, нашей человеческой немощи, начинаем узнавать его, вспоминаем его дружбу. И вспоминая не только своим умом, но к нам возвращается эта память сердца, когда сердце наше, вновь узнавая этого друга, который дарует нам столько милостей своих, столько радости, столько тепла и света, радуемся этой новой встрече, вновь обретая в нём своего верного и преданного, и так часто забытого нами друга.
Пост даруется нам как великий Божественный дар. В силу нашей ожесточённости, в силу нашего эгоизма, нашей приземлённости, Господь дарует нам это сильное, действенное средство, чтобы оно было способно пробудить наш ум, возбудить наш дух, нашу ревность к угождению Богу, восставить нас в новом стремлении и желании искать Бога, бороться за Него, быть ратниками на воюющие против нас страсти, за каждой из которых стоят те или иные духи злобы, духи поднебесные, которые стремятся ввести человека в погибель. Но Господь, не желая смерти грешника, погибели его (ср. Иез. 33:11), дарует нам эту возможность обновления нашей духовной жизни. Этим сильным средством, словно железным плугом, желая взрыхлить почву наших сердец, чтобы она не иссохла окончательно, не осталась бесплодной, чтобы оросить её этими слезами покаяния, этим внутренним плачем, который мы должны стяжать на поприще этого поста, чтобы эта благодатная влага смогла вновь оживить наши сердца, которые должны не произращать лишь страсти, не их лишь взращивать, но, напротив, стремиться к освобождению от страстей и насаждению в них добродетелей, которые необходимо должны возрасти в нашем сердце, без чего ни наш пост, ни наше доброделание не будут полным. Потому что не одного лишь освобождения от страстей желает видеть в нас Господь, но и взращивания в нас добра. Именно в этом мы должны стремиться уподобиться Богу, чтобы добро стало свойством нашего сердца. Хотя мы и совершаем его чаще всего по принуждению, без чего невозможно научиться добру, но постепенно оно должно стать свойством каждого из нас. Уже не принуждаемым лишь, но желаемым, когда человек совершает добро, потому что он ощущает это как необходимую потребность своего сердца.
Пост понуждает нас к этому истощанию, чтобы в нём выявилась вся скверна, вся нечистота нашей внутренней души. Этот, словно пожирающий наше сердце жир, чтобы в этом усыхании, воздержании от яств мы научились бороться со страстями. Конечно же, пост – это не только воздержание в еде. Этот внешний приём позволяет нам научиться главному – воздерживаться от страстей, бороться с нашими воюющими на дух теми или иными похотями, желаниями греховными, которые рождаются в наших с вами сердцах.
И пост нас учит ещё литургичности нашей Церкви. В литургии Господь, предлагаемый в Евхаристии как главном деле Церкви, собирает нас всех, потому что литургичность основана на соборности нашей Церкви и жертвенности человека. Одновременно это и жертва Божия, Божественный дар человеку в Таинстве Евхаристии, и встречная готовность человека пожертвовать собой ради Христа.
И вот Господь собирает Церковь, как образ на дискосе вокруг Агнца, где собраны и Пречистая Дева Мария, Матерь Христа Бога нашего, и великие ангельские святые предтечи, пророки, апостолы, святители, мученики и преподобные, и все праведники, и Церковь воинствующая, и живые, и усопшие. Всех собирает Христос, чтобы объединить в Себе всех нас. Этот образ, общий образ и принцип Церкви, выражен словами Христа в Его Гефсиманском молении: «да будут все едино, как Ты, Отче, во Мне, и Я в Тебе, так и они да будут в Нас едино…» (Ин. 17:21). Так Он желает привлечь всех нас, чтобы явить нам Свою жертву, в которой мы не только приобщаемся Христа Бога нашего, но научаемся, вкушая от Единого Тела и Крови Христовой, соединяясь с Ним, соединяться и друг с другом. В этом и заключается богочеловеческий принцип церковного организма, церковного тела, когда все мы можем прорастать в это тело церковное, и только во Христе Иисусе, в Его Церкви, научиться этому великому принципу, единственно возможному способу бытия человека – любви к Богу и в Нём любви к ближнему.
И эта жертва открывается нам как способность и принять её, жертву Христову, и отозваться на неё такой же готовностью принести себя в жертву ради Христа. И не только ради Христа в каких-то постах, наших молитвах, но, зная из притчи о Страшном суде, что всякого малого из земнородных Он соотносит с Собой (ср. Мф. 25:40), мы готовы были бы и способны были бы пожертвовать собой ради ближних наших в той или иной мере: своим ли временем, своими ли силами, своим ли сердцем. Это может быть и внешняя жертва, наше служение кому-то, и служение в молитве, готовность молитвенным воплем сердца к Богу прийти на помощь тому, кто в этой помощи нуждается, чтобы наши молитвы могли помочь тому, кто, быть может, ещё не способен совершить что-то доброе, раскаяться, познать Христа.
В этом и совершается этот принцип литургичности Церкви как её соборности и как жертвенности каждого из нас во Христе Иисусе. И в этом посте Господь нам показывает ещё то, что, по слову Симеона Нового Богослова, добро, совершённое недобрым образом, не является добром. Мы научились тому, что у нас нет другого способа исполнять заповеди Божии, кроме как шествия путём Евангельским. Потому что жизнь во Христе – это не идеология, к чему пришли западные мыслители и западная религиозная жизнь. Мы неизбежно должны помнить о том, что Сам Христос, давая нам возможность исполнять Его святые заповеди, даёт нам вместе с этим и исполниться добра, научиться от Него этой добродетельной жизни, к которой стремится сердце человека, ища Безконечного, Безсмертного Бога.
И каждый из нас должен помнить о том даре ученичества, которое даровал нам Христос. Каждый из апостолов именовался учеником Христа Спасителя. И кто бы из нас ни был в Церкви, и простой монах или послушник, мирянин или епископ, даже патриарх или священник, имея необходимость учить кого-то, мы должны понимать, что дар учительства даруется человеку по мере его готовности учиться. По мере способности становиться учеником Христа, наполняется наше сердце и способностью кого-то чему-то, быть может, научить своим примером, своим желанием самим научиться прежде всего от Христа.
И в этот пост, когда вновь и вновь мы готовы выйти на борьбу со страстями, противоборствовать всему тому, что в течение года так обременяет нашу душу, Господь даёт нам эту возможность обновиться в эти дни. Не только в эту первую седмицу, когда мы так охотно приходим в храм, с таким желанием выстаиваем эти длинные службы. Будем не забывать, что пост длится семь недель, точнее шесть, и седьмая – это Страстная седмица, как вершина поста, светящаяся, казалось бы, ещё для нас в такой дали своей красотой и непостижимостью. Но эти дни пролетают так быстро, и порой мы, хорошо начав этот пост, уже в Страстные дни вдруг с ужасом осознаём, что эти дни пролетели незаметно, всё в той же суете, в тех же наших попечениях, в какой-то рассеянности и беззаботности. Будем стремиться, насколько это возможно для нас, совершать этот подвиг трезвенно, внимательно, читая больше из Священного Писания и слова святых богомудрых отцов, которые должны нас возбудить к этому подвигу и отрезвить нас, наш ум, научить нас, как правильно бороться со страстями. Это время посвятить большему Богомыслию, размышлениям над словами Священного Писания и Предания Церкви.
И только тогда и радость Страстной седмицы будет для нас совсем иной. И мы должны не очнуться в эти Страстные дни, но ждать, жаждать их приближения, с радостью входить, идя и осознавая, что воспоминает Святая Церковь в те великие Страстные дни. И литургическая жизнь Церкви вновь и вновь заставляет нас обращать своё сердце с молением к Богу. Паки и паки мы молимся Богу, вновь и вновь предстоя пред Ним, вновь и вновь желая соединяться с Ним, потому что Великий пост – это возможность чаще причащаться Святых Христовых Таин. Но всякий раз это есть воспоминание Господа и Бога и Спаса нашего Иисуса Христа. Возвещение Его смерти (ср. 1Кор. 11:26), проповедование Его Страстей, Его Божественной Голгофской Жертвы. Будем помнить об этом, чтобы та жертва, которую дарует нам Христос в Евхаристии, никогда не становилась для нас привычкой, чтобы мы никогда не совершали этого бездумно, бесчувственно, лишь по механической необходимости. Всякий раз мы должны трезвиться, памятуя о том, что дарует нам Господь Своей смертью и что дарует Он нам Своим живоносным Воскресением, к которому и стремимся мы взойти этим постом, и радостно встретить его, и стать его причастниками вовеки. Аминь.