Великий Четверток Воспоминание Тайной Вечери
Во имя Отца и Сына и Святаго Духа.
Евхаристия есть главное дело Церкви. И мы с вами предстоим сегодня перед совершением Тайной Вечере, той Вечере, которую Господь совершил пред Своими учениками, участниками которой Он их сделал, участниками коей надеемся быть и мы с вами. Эта Вечере есть Новый Завет с человечеством, та высота и глубина, которая непостижима для человека и одновременно постигаемая во Христе Иисусе. Но это та высота, выше которой уже ничего быть не может, когда Господь принимает нас в общение с Собой, соединяет в Себе друг с другом, входя в нас и пребывая и обитая в наших с вами сердцах. Это тот Завет, который Он совершает с человечеством Своею Кровью.
Это есть вершина Его любви, открываемая нам и постигаемая в Его Голгофской жертве, благодаря которой эта жертва стала возможной, но это и одновременно и участие в Его Воскресении, без которого также эта жертва была бы не исполнена до конца. Христос Господь наш вверяет нам Себя, отдает нам Себя в пищу, чтобы мы смогли причастием Его Тела и Крови стать общниками Его Божества. Но одновременно Он открывается нам в общении друг с другом, потому что только в Нем, в нашем Творце и Создателе, открываются подлинные отношения между людьми по тому образу, который Он являет нам, возлюбив нас до конца. И в этом завете Он заповедует нам, также говоря перед Гефсиманской ночью, перед Своими страданиями: «Заповедь новую даю вам, да любите друг друга; как Я возлюбил вас, так и вы да любите друг друга» (Ин. 13, 34). И это тот завет, который дает нам сегодня Христос, дает на все времена, дает нам не только на будущий год, всякий раз, когда мы приступаем к Евхаристии. Но это есть завет вечный, который есть одновременно и благодарение Богу, потому что Евхаристия переводится с греческого как благодарение. Мы не должны этого забывать. Это основное чувство наше христианское при трепете перед этой Чашей жизни, перед этой священной жертвой, перед этим Голгофским умалением Христа, торжеством Его Воскресения над смертью.
Мы должны благодарить Творца всяческих, благодарить непрестанно, благодарить от всей души, от всего состава и крепости наших сердец и всех наших помышлений, потому что благодарение и жизнь будущего века, которую мы надеемся во Христе иметь в избытке, которая начинается уже здесь для нас с вами на земле. И вот эта любовь Христа открывается для нас в Евхаристии, в таинстве причащения. И не случайно мы совершаем ее каждый день, чтобы эта любовь не прекращалась никогда, чтобы она изливалась на весь человеческий род, на род верных, на род, верующих во Христа, чтобы в этой любви нам возрастать и становиться подлинными христианами, чтобы приобщаясь к ней в этом же чувстве отдавать себя Богу, как Бог отдает Себя всецело нам, истощая себя без остатка до пределов человеческого понимания, до того, чему изумляются Ангелы, в страхе закрывающие свои лица и в трепете предстоя перед Творцом всяческих, не смея и не имея возможности проникнуть в эту тайну до конца.
И вот перед этой тайной благоговеет святая Церковь, мы с вами, предстоя сегодня перед этой Тайной Вечере, как и Господь, умаляясь закалается и снедается верными. Церковь Христова незыблема. Она постоянна. Она жива жизнью своего Основателя, жизнью божественного Духа, жизнью Пресвятой Троицы. К этой тайне она дает возможность приобщиться каждого из нас с вами, потому что Христос входит в этот мир. И мы в себе приводим ко Христу этот мир также. Но наша с вами история показывает нам, что как только православный народ, православный человек забывает это средоточие христианской жизни – Евхаристии, то Господь может попустить нам страшное вразумление и грозное событие, как это было в конце 19-го века, в начале 20-го века. Как справедливо восклицает один священник: сколько еще Господь мог терпеть, чтобы каждый день приносилось Его Тело и Кровь Христовых, проливались в десятках тысяч храмов по всему лицу русской земли. Но эта жертва была никому не нужна. К этой Чаше жизни приступали единицы, а зачастую не приступал никто.
Сколько еще Господь мог долготерпеть это уничижение Свое, снисхождение, которое оказывалось никому не нужным. И от нас с вами зависит, как мы воспримем эту жертву? Чем станет она для каждого из нас? Сможем ли мы воспринять ее как центральный момент нашей с вами человеческой жизни, как точку отсчета, в которой заключается завет вечный с Богом? И никакой иной жизни у нас уже по-настоящему быть не может. Вся наша жизнь должна быть освящена этой жертвой, этой Вечере, в которой мы собираемся у ног Христа, принимая Его Тело и Кровь.
И вот давайте, приступая сегодня к этим животворящим тайнам, приобщаясь и выходя из храма, осознаем, что Господь дал нам этот завет. Конечно причастие, эта Его тайна, постигается не нашим сознанием, не нашей волей, но приоткрывается нам как тайна божественного присутствия в нашей жизни, в наших сердцах. Приоткрывается постепенно, но постоянно, если человек не леностен, ищет Христа, если в нем происходит эта глубинная внутренняя работа, стремление к очищению, стремление к покаянию, стремление к изменению своей жизни, без чего наша христианская жизнь не возможна, не состоятельна. И пусть причащаясь животворящих Христовых таинств, соединяясь со Христом, мы будем стремиться постигать эту тайну, которая всегда на протяжении всей нашей жизни будет непостижимой и при этом бесконечно необъятной.
И приобщаясь к этому великому смыслу, новому смыслу своей жизни, пронесем этот свет не только в своей жизни до конца. Но где бы мы ни были, как бы мы не жили, с кем бы мы не встречались, этот свет должен знаменовать нашу жизнь, быть печатью на нашей жизни, на наших сердцах, чтобы каждый, кто встречал нас, узнавал в нас этот образ Христов. Тогда эта печать будет безмолвной или словесной проповедью о Христе, Коему подобает слава во веки веков.
Аминь.