Введение во храм Пресвятой Владычицы нашей Богородицы и Приснодевы Марии
Во имя Отца, и Сына, и Святаго Духа! Аминь. Всех поздравляем сердечно с престольным Праздником нашей обители.
В мире очень много лестниц и очень много людей и ангелов, восходящих и нисходящих по этим лестницам. Жизнь – это вообще ступени.
Делает первые шаги несмелые младенец, когда он родился, открывает для себя этот неизведанный, прекрасный, удивительный мир, совершает последние шаги старик, открывая уже себя для вечности.
И вот каждая ступень – это познание всегда чего-то нового, чего-то интересного, неожиданного, чудесного, порою таинственного. Но в то же время эта ступень в нашей жизни, она может быть и ступенью испытания, какого-то жизненного кризиса, какого-то страшного, волнующего вопроса, который стоит на нашем пути.
И, конечно, было бы прекрасно для всех нас, если бы наша жизнь, вся наша жизнь, она бы стала лестницей в Небо.
И вот в самом начале Рождественского поста, сегодня, когда нам ещё предстоит на самом деле огромная, долгая дорога этого поста, мы уже таинственно и благоговейно празднуем Введение Божией Матери во храм. И Святая Церковь, она сегодня и вчера мы слышали уже на вечернем богослужении, она нам предлагает начинать литургически уже переживать грядущее Рождество Господа вот в этих праздничных ирмосах: «Христос рождается, славите, Христос с небес срящите». Все их вчера слышали.
И вот сегодня мы молитвенно созерцаем, как рождённая по обетованию от святых своих родителей, от праведных Иоакима и Анны, юная трёхлетняя Богоотроковица, Она поднимается по этим таинственным ступеням храма и входит во святая святых. «Ангели и человецы Девы вхождение почтим: яко со славою вниде во святая святых».
Тут и радостные, и благоговейные, и благочестивые родители. Здесь и ровесницы Её, и юные отроковицы, которые стоят с цветами, с этими белыми, прекрасными, тоже радуются. И первосвященник Захария, отец Иоанна Предтечи, удивлённый, тоже радостный и по внушению Духа Божия, ведший маленькую Марию в самую внутреннюю, самую главную, самую таинственную, самую сокровенную часть храма, туда, куда он и сам-то входил всего один раз в год.
И, прежде чем Пречистая Дева Мария стала Божией Матерью, Ей надлежало промыслом Божиим, конечно, быть введённой в Иерусалимский храм.
Храм, молитва, рукоделие, Богомыслие, Слово Божие становится Её жизнью, не какой-то просто частью, сегментом, какой-то отдельной маленькой частью Её жизни. Это становится всей Её жизнью, всей буквально полнотой. И Она погружается в это таинственное пространство преданности воле Божией, в ту область, где, кроме Божественных путей, наверное, уже никаких путей и нету. И сердце маленькой Марии, оно приуготовляется к самой большой Тайне Её жизни, к самой большой Тайне, имя которой – Христос. И вот святитель Григорий Палама, он говорит, что «Если древо познаётся на основании своего плода, и древо доброе и плод добр творит, то Матерь Самого Добра и Родительница присносущной прекрасности, ужели несравненно не превосходит Своей прекрасностью всё прекрасное, сущее как в мире, так и премирное?»
И вот пройдёт время, и Она, «честнейшая херувим и славнейшая без сравнения серафим», на слова архангела о рождении от Неё Спасителя мира, Она вдохновенно ответит на эти слова, на этот призыв: «…Се, Раба Господня; да будет Мне по слову твоему…» (Лк. 1:38). И Она явится Той, семя которой сотрет главу змия (ср. Быт. 3:15).
И в лице Божией Матери, мы, может быть, не всегда задумываемся об этом, в лице Божией Матери человечество, оно вышло навстречу Богу, восхотевшему спасти род человеческий. Человечество, оно принесло воплотившемуся Богу в дар от себя Матерь Божию. Это дар наш, человечества.
И вот об этом очень поэтически, очень удивительно говорится в грядущих ещё, которыми, если доживём, будем перед Рождеством, во время Рождества, вот этих грядущих стихирах на Рождество Христово, вот эта мысль, она озвучивается: «Что Тебе принесем, Христе, яко явился ecи на земли яко Человек нас ради? Каяждо бо от Тебе бывших тварей благодарение Тебе приносит: Ангели пение; небеса звезду; волсви дары; пастырие чудо; земля вертеп; пустыня ясли; мы же Матерь Деву. Иже прежде век, Боже, помилуй нас».
И вот Богоотроковица Мария, Она прошла эти 15 таинственных ступеней, не поддерживаемая буквально никем, но, естественно, конечно, поддерживаемая Богом. Она поднялась вот в эту высоту, но, войдя в храм Божий, Она оказалась уже где? Она оказалась в самой глубине. Сначала Она вошла на высоту по ступенькам, а потом уже в самой глубине, во святая святых, Она оказалась. Вот эта высота и глубина.
И это постепенное восхождение ввысь, оно прообразует то восхождение, которое совершает каждый из нас, каждый человек, который пришёл к вере. Вот это восхождение по ступеням – это приобщение к соборности Церкви, к воцерковлению каждого человека. Это личные ступени каждого из нас, ступени обретения веры. И этот опыт, он, безусловно, у каждого из нас есть. Но далее ещё должно совершиться вхождение уже внутрь себя самого, внутрь своего сердца. Вот в это святая святых своей души, как Священное Писание оно нам говорит, что «…Ца́рствие Бо́жие внутрь вас есть» (Лк. 17:21). Вот это вхождение внутрь – это преображение человеческой души благодатью Пресвятаго Духа.
И у каждого из нас, безусловно, это знает каждый, в жизни какие-то свои пути, свои ступени вот эти к движению к Богу, своё стремление во святая святых, и, конечно же, свой путь в глубину своего сердца.
Митрополит Вениамин Федченков в своих дневниках воспоминал как-то о том, как у него состоялась встреча со святым праведным Иоанном Кронштадтским. Он тогда спросил, и вот это записал он в своей книге. Я спросил у батюшки, у этого великого пастыря, у этого великого молитвенника, у Иоанна Кронштадтского, я спросил: «Батюшка, скажите, пожалуйста, откуда у вас такая пламенная вера?» И вот тогда Иоанн Кронштадтский, он сказал: «Откуда вера?» – он задумался, и потом изрёк: «А знаете, наверное, почему? Потому что я жил в церкви».
И тогда Вениамин (Федченков), ещё будучи студентом, спросил: «А что это значит – жить в церкви?» И тогда Иоанн Кронштадтский сказал: «Что значит жить в церкви? Это значит то, что я служил Божественную литургию, какие-то другие службы, молился в храме, любил читать каноны», а он всегда читал каноны сам в храме. «Всегда молился святым. Вот это и есть, значит, жить в церкви». И храм, конечно, для каждого из нас, он должен стать возлюбленным пространством, потому что храм – это корабль спасения, это училище благочестия, это духовная врачебница, поликлиника, больница, реанимация, куда мы приходим всегда лечить наши души, они очень больны. И вот через храм проходит вся наша жизнь. Посмотрите: младенца приносят на крещение, и покойника приносят в храм в конце жизни. То есть вся жизнь, она внутри, от люльки и до гроба, от крещения и до отпевания.
И в храме мы плачем на Исповеди, в храме мы радуемся, вкушая Тело и Кровь Христову. И пускай будет так, чтобы мы сами тоже были храмом. И хотя в наших храмах бывает и тесновато, мы это знаем, но ничего страшного, потому что в тесноте, да не в обиде. И как все святые, они говорят, что одно «Господи, помилуй» в храме больше тысячи и тысяч «Господи, помилуй» дома. И если человек просто говорит, что: «Знаете, а мне храм как бы не очень нужен. Да, я верю во Христа, да, я молюсь, но не особо, мне там тесно, неудобно и душно, и вообще как-то я не понимаю, что там происходит. Буду молиться дома, у меня искренняя молитва и так далее».
И если человек говорит, что у него Бог в душе, то это просто вежливая форма атеизма. Если человек верит, его душа потянется в храм.
И самое страшное, наверное, для нас, если храмом становится стадион, если храмом становится ночной клуб, казино и так далее. И страшно, если ты поднимался всю жизнь по лестнице, двигался какими-то ступенями, думал, что вот-вот-вот что-то будет, а потом увидел, что, лестница-то была приставлена совершенно не к той стене.
И преподобный Иустин Сербский говорит, что если человек растратит душу свою в пороках и грехах, то он не сможет её выкупить, хотя бы и стал хозяином всех солнечных систем. А Священное Писание, оно говорит, что «какая польза человеку, если он приобретет весь мир, а душе своей повредит?..» (Мф. 16:26).
И вот страшно не только просто потерять свободу, страшно полюбить клетку. Страшно полюбить свои пороки, страсти, греховные вот эти привычки, в которых бывает часто нам уютно, как бы комфортно, тепло, удобно. Как человеку ему очень нравится, чтобы всё было включено, чтобы всё было как бы под рукой и так далее, всё было бы уютно и комфортно. А Достоевский это называл состоянием плотоядной жажды, то есть влечение к этому только телесному, только материальному, только вещественному. Вот эта плотоядная жажда, она сжирает человека.
И жизнь, конечно, это не просто какой-то отрезок времени, где мы должны что-то успеть, чего-то достигнуть, как-то прожить весело, красиво и так далее. Жизнь – это поручение. Жизнь – это поручение Бога человеку, наполнить свою жизнь чем? Смыслом, Истиною, радостью настоящей, Христом, Небом.
И, наверное, неважно, чем мы занимаемся в жизни, строим дома, учим детей, подметаем улицу, готовим обед, служим в армии, лечим больных. Очень много послушаний от Бога и работ. Но самое главное, чтобы во всём, к чему мы прикасаемся в нашей жизни, оставалась маленькая хотя бы частица нашего сердца, чтобы всё мы делали с молитвой, чтобы мы всё посвящали Богу, чтобы мы делали ради Бога, ради ближних, а не в свою славу, и чтобы в нашей душе, самое главное, не поселилось, когда мы уже даже воцерковлённые люди, чтобы в нашей душе не поселилось вот это равнодушие, какая-то пустота, высокомерие, самодовольство, мол, я верующий, что-то знаю и так далее, движусь к Богу, а остальные где-то там копошатся.
И как Священное Писание оно нам говорит: «Разве не знаете, что вы храм Божий, и Дух Божий живет в вас?» (1Кор. 3:16) – это восклицает апостол Павел, он говорит. «Если кто разорит храм Божий, того покарает Бог: ибо храм Божий свят; а этот храм – вы» (1Кор. 3:17). То есть мы – храм Божий.
И вот наш внутренний сердечный храм мы призваны не разорить, а именно его созидать, украсить, украсить чем? Любовью, радостью, смирением, покаянием, молитвою, благодатью, всем, что мы черпаем в Церкви.
И есть ещё один маленький, но очень важный, наверное, не маленький, прообраз, аспект, указание в сегодняшнем Празднике, который мы празднуем. Введение Богородицы во храм, оно началось с чего? Оно началось с жертвы. Пречистая Дева, Она была пожертвована Богу Её благочестивыми родителями. То есть в начале Её пути и в начале нашего пути всегда стоит жертва. Наша с вами жизнь, когда мы на неё посмотрим глубоко, в глубине, она тоже должна быть не просто каким-то проживанием, а действительно жертвенным служением Богу и ближним.
И не только, может быть, в Воскресный день, в какой-то праздничный день, это жертва, это моление, это посвящение, а буквально в каждый день наших будней. И это, конечно, очень трудно, но, наверное, может быть, другого пути и нет.
И преподобный Силуан Афонский, он замечательно говорит: «Не всякий может быть царем, не всякий может быть князем, не каждый может быть патриархом, не каждый может быть игуменом или каким-то начальником, но во всяком чине можно любить Бога и угодить Ему, а только это и важно». То есть неважно, какое ты социальное положение занимаешь, сколько у тебя денег в кошельке, кланяются тебе или нет, и вообще, где ты, что ты, а самое главное, это, – как старец Силуан говорит, – угодить Богу. Важнее этого ничего нет. И вот пусть наши жизненные ступеньки вот эти, они будут ступенями ко Христу, к ближнему, к свету, к мудрости, а не просто какими-то безразличными ступеньками вот этой лжи, какого-то безверия, подлости, зла и так далее. Потому что есть лестницы, которые ведут вверх, есть лестницы, которые ведут вниз. Но есть таинственная лестница, которая ведёт внутрь, внутрь своего сердца. Но когда человек спускается по этой лестнице внутрь своего сердца, он невидимо поднимается вверх к Богу.
И вот у святителя Тарасия, патриарха Константинопольского, есть удивительные, прекрасные, глубочайшие слова. Это просто целый гимн, который посвящён Богородице. И давайте сегодня помолимся этим гимном прекрасным и присоединим наши слова, наши сердца к этой Небесной, удивительной молитве.
Вот так святитель молится: «Мы же, народ Божий, “лю́ди избра́нны” (Тит. 2:14), сонм Православных, чада благодати, празднуя Введение Девы во храм, душами чистыми и нескверными устами почтим сие светлое торжество, радостное для ангелов и достохвальное для человеков, и «радуйся» – Гавриила со трепетом и радостию возопиим Всесвятой. Радуйся, благоволение Отчее, чрез которое в концы земли явилось Богопознание! Радуйся, честное селение Сына! Радуйся, несказанное жилище Духа Святаго! Радуйся, святейшая херувим и славнейшая серафим! Радуйся, пророков преславная проповедь! Радуйся, апостолов всемирное оглашение! Радуйся, мучеников преславное исповедание! Радуйся, патриархов многохвальное славословие! Радуйся, святых высшее украшение! Радуйся, святителей величайшее служение! Радуйся, грешников нерушимое пристанище! Радуйся, плавающих преславный кормчий! Радуйся, болящих врач безмездный! Радуйся, умирающих воскресение надежное! Радуйся, матерей радость непорочная! Радуйся, старцев крепкий посох! Радуйся, юношей Божественная Водительнице! Радуйся, младенцев светлое охранение! Радуйся, всех под небом Ходатаице! Радуйся, неба и земли всеславное торжество! Радуйся, обрадованная! Господь с Тобою, сый прежде Тебя, из Тебя, и с нами! Ему слава со Отцем и всесвятым и благим и животворящим Духом, ныне и присно и во веки веков. Аминь». Всех поздравляем с Праздником!