Аудио-трансляция: Казанский Введенский

Нас­то­я­щее пос­лу­ша­ние, при­но­ся­щее ду­ше ве­ли­кую поль­зу, про­ис­хо­дит тог­да, ког­да де­ла­ешь на­пе­ре­кор се­бе, тог­да Сам Гос­подь на Свои ру­ки бе­рет те­бя, бла­гос­лов­ля­ет твои тру­ды.

прписп. Никон

При­ми­те со­вет на всю ва­шу жизнь: ес­ли на­чаль­ни­ки или стар­шие вам пред­ло­жат что-ни­будь, то, как бы труд­но ни бы­ло или как бы вы­со­ко ни ка­за­лось, не от­ка­зы­вай­тесь. Бог за пос­лу­ша­ние по­мо­жет.

прп. Нектарий

Ес­ли де­ло ис­куп­ле­ния ро­да че­ло­ве­чес­ко­го со­вер­ше­но бы­ло пос­лу­ша­ни­ем до смер­ти От­цу воп­ло­тив­ше­го­ся Сы­на Бо­жия, то и вся­кая по­ру­ча­е­мая долж­ность есть не что иное, как пос­лу­ша­ние Бо­гу, по­то­му что раз­лич­ные ро­ды прав­ле­ний раз­де­ля­ют­ся от Ду­ха Свя­та­го, как сви­де­тель­ству­ет Апос­тол (1 Кор. 12, 28).

прп. Амвросий

Сохранить живую веру – веру детства

Когда я вернулся после первого учебного года на лето домой, моя мать сказала мне: «Едем к старцу!» С этого лета и до кончины старца Амвросия я побывал в Оптиной Пустыни раз пять. Эти поездки с матерью я очень любил. Поля, луга, цветы, монастырская гостиница… все меня развлекало.

Митр. Евлогий

Когда я приезжал к о. Амвросию девятилетним мальчиком, старец со мной шутил: поставит на колени и, бывало, скажет: «Ну, рассказывай грехи». Меня это смущало. А когда я стал постарше, старец Амвросий сам меня исповедовал.

Лишь эти светлые воспоминания и освещают школьный период моей жизни. Я окончил духовное училище в 1882 году первым учеником. Мне было 14 лет.

Во время моей отроческой беспризорности главное, что меня спасло, это духовное влияние и руководство старца о. Амвросия. Теперь, когда я, будучи семинаристом, приезжал в Оптину Пустынь, я каялся о. Амвросию в семинарских грехах, а он меня журил и ставил на поклоны. Его благодетельная рука хранила меня от дурных путей, чудесно оберегала от всякой нечистоты… да и до сих пор я живу его святыми молитвами. Я в это верю.

Летние каникулы, которые я ежегодно проводил дома, в родном с. Сомове, а затем в с. Апухтине, куда перевели моего отца, в кругу моей семьи, оказывали на меня тоже самое благотворное влияние. Благодаря мистической настроенности моей матери жизнь в нашем семейном гнезде дышала простой, но горячей верой, упованием на Промысл Божий, на Божье милосердие…

О такой вере не спорят, ее не обсуждают — ею живут. В обстановке крепкого, благочестивого строя с меня быстро сбегало все наносное, налипшее за зиму в семинарии, и я возвращался к бесхитростной, живой вере моего детства.

Из книги «Путь моей жизни»

Митрополит Евлогий (Георгиевский)